4
0Но потом в их классе появилась Аня Галкина, и все пошло наперекосяк.
Наташа очень хорошо запомнила день, когда впервые увидела Аню. В тот понедельник их классная руководительница, учительница русского языка Раиса Измаиловна, рассердилась на подружек-болтушек и рявкнула:
— Иванова остается на месте, а Левкина пересаживается вперед, устраивается прямо передо мной, иначе тишины в классе не добиться!
Маша скорчила недовольную физиономию. Парта, придвинутая к столу педагога, как правило, пустовала. Школьники находили всевозможные предлоги, чтобы не усаживаться в непосредственной близости от Раисы Измаиловны.
— Левкина! Поторопись! — повысила голос русичка.
Делать нечего, пришлось Машеньке, прихватив портфель, устраиваться на «лобном месте». Не успела Левкина как следует умоститься и начать оглядываться на Наташу, как в классе появилась директор школы, Лилия Максимовна.
— Здравствуйте, дети, — царственно кивнула она. Ученики встали.
— Садитесь, — махнула рукой Лилия Максимовна, — и знакомьтесь. У вас теперь будет новая подружка — Аня Галкина. Анечка, не прячься в коридоре, никто тебя не съест, иди сюда.
Послышались тихие, робкие шаги, и в класс вошла долговязая девочка.
Первым чувством, которое испытала Наташа при виде новенькой, оказалась жалость: Аня выглядела Уродкой — слишком высокая, болезненно худая, до синевы бледная. К тому же руки у новенькой болтались, как плети, ноги косолапили.
— Надеюсь, вы примете Анечку в свой коллектив, — произнесла директриса и добавила:
— Имейте в виду, Галкина долго болела, и сейчас ей будет трудно.
— Конечно, Лилия Максимовна, — закивала Раиса Измаиловна, — дети все понимают.
— Хорошо, Раиса Измаиловна, — кивнула Маша. Домой девочки пошли втроем. Вот так все и началось.
Через полгода Наташа с тоской констатировала: Аня теперь закадычная подруга Маши. Левкина отдалилась от Ивановой, все реже приходила в гости, а потом у Галкиной начали появляться новые кофточки и юбчонки.
— Сшей мне платье, — попросила один раз Наташа по старой памяти Машу.
— Ой, некогда! — отмахнулась Левкина.
— Да, ты теперь только Аньке вещи шьешь, — пожаловалась Иванова, — вечно вы вместе, а я… на обочине.
— Никто тебя не прогонял, — засуетилась Маша. — Хочешь, пойдем с нами в кино?
— С вами — нет, а с тобой — да, — решительно заявила Наташа.
Левкина быстро обняла подругу.
— Не злись, я люблю тебя больше всех!
— А шьешь Аньке, — горько отметила Наташа.
— Всего пару блузок сварганила, — призналась Маша, — ерунда.
— А мне ничего.
