1
0— Что одноклассникам привезете?
— Хорошее настроение, загар и фотки, — Мария отодвинула от себя тарелочку. — Папа, мы уже не маленькие и обо всем позаботились, у нас только для Лешкиной Алексии два огромных чемодана модных шмоток! А еще для Кузьминой чемодан и для Решетовой.
Я заметил, как воспитатель слегка покраснел, что ему было отнюдь не свойственно. Родитель же продолжил «воспитательный процесс»:
— Надеюсь, себя-то вы не обидели?
— Мы были очень скромны, — смутилась Варя, — насколько это было вообще возможно.
Тут влез братец Александр:
— Дядька, да они с Машей из бутиков не вылезали!
— Предатель!
Семейная «перепалка» продолжалась еще какое-то время, за которое я успел пообщаться с Алексией в мессенджере и послать ей несколько фоток, сделанных на вилле сестер, намекнув девушке, что, если она захочет там отдохнуть ближе к лету, я смогу договориться.
— Алексей, прием! — родитель тряс меня за плечо. — Зову тебя, зову, а ты в телефоне завис! Глянь обзор прессы, мне только что прислали…
Из докладной записки следовало, что мою совсем не скромную персону обсуждают во всем мире только в положительном ключе! Исключение, понятно, делала пресса Испании, Англии и Германии, но и там имелись робкие попытки «объективного» освещения информации. Больше же всех отличились французские борзописцы, прямо намекавшие своим читателям на скорый брачный союз между мной и принцессой Стефанией для лучшего закрепления недавних соглашений по российским энергоносителям.
Господи! Сколько же это еще будет продолжаться? А ведь впереди еще эта дуэль с Филиппом!
Отдав родителю телефон, вздохнул:
— Вы довольны, ваше императорское высочество?
— Помнишь у Толстого были рассуждения о роли личности в истории? — отец действительно был очень доволен.
— Аню Шереметьеву и ее деда с отцом лучше наградите, — опять вздохнул я. — А мне эти ордена куда?
— Разберемся. Лучше глянь, как японцы оперативно подсуетились и решили на тебе денег подзаработать, — родитель опять протянул мне телефон.
