0
0
— Вижу, — хмыкнул я, хоть наблюдать мне это было очень неприятно. — Авось не уведут?..
Через какое-то время атмосфера в той части зала накалилась, хоть внешне это было незаметно, понтифик говорил уже один, наконец Франциск раздраженно махнул рукой и, сопровождаемый Гримальди, проследовал дальше, а Медичи вернулись на свое место.
Перед тем как мы с братьями ушли к молодежи, услышал я мнение о папе и от царственного деда:
— Не так страшен черт, как его малюют, — улыбался император. — Похоже, везде Франциску отпор дают, а он все лезет и лезет… Неправильно поступает, недальновидно — войну надо выигрывать еще до ее начала, — дед хмыкнул.
Понятно, сейчас с Франциском действительно разговаривать не о чем, а вот когда сдастся контролер, появится поле для маневра.
Нашей молодежи, особенно девушкам, явно было интересно узнать подробности разговора пары с Ольденбургскими и Медичи, но у старшего из подошедших братьев-итальянцев спрашивать они ничего не стали, раздраженная же норвежка, присоединившаяся к нам чуть позже, всем своим видом показала, что общаться вообще ни с кем не намерена.
— А Соня мне нравится, — заявил мне Сашка Петров, оказавшийся рядом. — И Кристина с Евой о ней хорошо отзываются.
— Еще один на мою голову, — улыбался я. — Шурка, хоть ты не начинай!
— Что, родичи достали? — друг смотрел на меня с сочувствием.
— Ага.
— Моему отцу Соня тоже понравилась… — Я на это только вздохнул. — А маме — Демидова.
— Кто бы сомневался, — не удержался от ухмылки я.
Лицо друга внезапно помрачнело:
— Лешка, я заметил, как папа к Романовым не очень отнесся, похоже, мне в Италию пока лучше не соваться.
Твою же!.. А ведь Шурка прав — если покойные Тагильцев с Бирюковым не постеснялись девушек в заложницы взять, а Викторию — так и вообще убить, то с художником католики вообще церемониться не будут!
— Я же в Ватикане побывать хотел, — продолжил тем временем он, — а тут такое… Неудобно может получиться…
Ясно — Шурка даже представить себе не может, как именно его могут использовать подчиненные папы, Петров просто боится, что может подставить и Романовых, и Медичи под гнев Франциска.
— Разберемся, Шурка, — делано беззаботно отмахнулся я. — Там видно будет…
Еще через какое-то время меня в сторонку отвели братья Медичи:
— Алексей, тут такое дело… — замялся Умберто. — Святой отец по собственной инициативе посватал меня к Соне… Мы все были не в курсе…
Старший Медичи замолчал, и оба брата уставились на меня в ожидании реакции.
