Безмолвие Веры

Сразу не придумав, как им быть с этим, Вера спрятала готовый платок, решив, что позже обязательно найдет выход.

Вивьен, работающая столь долго почти сразу легла спать. Вера отправилась на кухню. Нужно было приготовить еды на день.

Выложив продукты на стол, она постучала пальцем по губам, размышляя, что бы такого приготовить. Хотелось порадовать себя. В последние дни им пришлось несладко.

К сожалению, условия не позволяли разгуляться, да и продуктов на самом деле было не так уж и много. Но достаточно, чтобы приготовить простые пирожки и борщ.

Вера даже слегка заволновалась. В прошлой жизни она очень редко готовила. Все ее время уходило на алхимию и исследования. Да и денег у них с Эрионом было достаточно для того, что ей забыть о повседневных делах.

Работая руками, Вера размышляла над тем, как ей усилить нити. Ничего существенного в голову не приходило, кроме того, чтобы опустить их в кислую воду. Цвет на ткани эта вода закрепляет, так может и нити усилит?

В долгий ящик откладывать не стала, налила в чашку воды и опустила туда отрезок нити. Понаблюдала за ним какое-то время, а потом решила оставить на пару часов.

Когда борщ был готов, Вера убрала котелок в сторону и поставила на очаг сковороду. Пирожки уже были налеплены, осталось только поджарить.

Настроение медленно, но верно ползло вверх. Знакомые с детства еще первой своей жизни запахи, будто нашептывали, что все будет просто отлично и переживать не о чем. Кроме того, что удивительно, навыки она не растеряла.

Когда она переворачивала палочкой последний румяный с одного бока пирожок, в дверь постучались.

Замерев на мгновение, Вера положила палочку, вытерла руки о полотенце и поспешила к входу. Посетовав на то, что у них нет дверного глазка, она осторожно выглянула наружу.

Человек, стоящий на крыльце, заставил Веру замереть и задержать дыхание. Она даже моргнула пару раз, пытаясь понять, причудилось ли ей или это правда.

Осознав, что человек не галлюцинация, она торопливо распахнула дверь и улыбнулась, мысленно умирая от того, какой она сейчас, должно быть, выглядела неопрятной. Мысль о том, что на ней где-нибудь осталась мука, заставила Веру быстро оглядеть себя.

Совершенно забыв о том, что говорить она теперь не может, Вера открыла рот, желая поздороваться. Конечно, ничего не вышло.

Нахмурившись, сделала шаг назад и жестом предложила войти.

– Добрый день, – поздоровался, наконец, Ринон. Все это время он с каким-то потаенным интересом рассматривал открывшую ему дверь девушку.

Она казалась ему невероятно живой. Ее эмоции были столь очевидны, что понять их мог любой. А еще он вдруг подумал, что за прошедшие дни успел позабыть, насколько милой она ему виделась.

– Пахнет хорошо, – осторожно произнес он, принюхиваясь.