Без Чести

Вот так, с дергающимся глазом и свитком в руке я и спустился в столовую. По пути, кстати, никого не встретив. То ли горничные уже полностью навели порядок в доме, то ли в другом месте работают. Но контраст с прошлым разом был поразительный; огромный пустой дом и тишина.

— Пантелей! Да что же ты творишь, собака бешеная⁈ — раздался крик со стороны кухни, заставив меня улыбнуться. Есть жизнь в доме. Есть.

В столовой с важным видом восседал дядя Саша и пил чай с блинчиками. Увидев меня, он быстро дожевал очередной блин и хотел подняться. Но я махнул рукой.

— Сиди, ешь! Чего ты вообще вскакивать собрался?

— Да как-то… — отчего-то смутился он.

— Ладно, проехали. А где тут еду выдают?

— Пантелей! — крикнул Сильнов, отчего на кухне снова что-то загрохотало.

Вот интересно, этот мальчишка там повару помогает, или дом мой разносит? Хотя, если бы меня каждый раз таким ором звали, я бы тоже вздрагивал и всё ронял.

— Звал, дядь Саш? — заглянул в столовую поварёнок. — Ой, боярин! Здрав будь!

— Звал, — ответил боярский сын. — Боярин голоден.

— Чего желаешь, боярин? — сразу принял очень серьёзный вид поварёнок. — Если быстро, то можно яишенку или блинчиков с вареньем. А если подождать, то полноценный ужин будет. Через часок.

— Ужин уже? — удивился я. Но потом вспомнил слова горничной про сон почти на сутки и успокоился. Ужин так ужин. Хотя что-то по времени всё равно не сходится. Надо бы календарь в комнате повесить и попросить, чтобы отмечали мои дни в отключке. А то скоро вообще в датах потеряюсь. — Давай блинчиков с чаем. А поужинаем позже.

— Сам пёк! — радостно улыбнулся пацанёнок и сбежал.

— Они хоть съедобные? — уточнил я на всякий случай у Сильнова.

— Вкусные, — закатив глаза, ответил он. — Пантелешу не зря в повара отдали. Талант у него.

— Тогда ладно, — успокоился я. И, сорвав княжескую печать, развернул свиток.

— Маркус, — прервал моё чтение Сильнов, — ты не гневайся только. Я, как узнал, что ты проснулся, велел за боярскими детьми послать. Надо клятву у них принять.

— А вот с этим, дядь Саш, могут проблемы возникнуть, — всё же сначала дочитав, ответил я.

— Не понял… — напрягся боярский сын. — Ты отказываешься?

— Я не отказываюсь, — поспешил его успокоить. И протянул ему полученный от княгини свиток. — Но вот они сами могут и отказаться. На, читай.

— Это что? — удивлённо поднял на меня глаза Александр Сергеевич, закончив чтение. — Ещё деревня и земля? Да много как… А за что?

— За предательство, — спокойно ответил я. — Я больше не княжеский боярин, а сам по себе. Вольный. Потому и говорю, что боярские дети могут и отказаться клятву давать. Так бы мы под крылышком у княгини были, а теперь сами по себе. Любой обидеть может.