Без Чести

— Маркус! Это что сейчас было? — мило нахмурившись, спросила она.

— Слушай, а что с твоими глазами? — задал я встречный вопрос, чем сбил её боевой настрой.

— Не знаю, — пробурчала она. — Дед говорит, что это из-за наших родовых способностей. Вроде как они взаимодействуют с Даром Ульчинских. От того и такой цвет стал.

— Тебе идёт! — искренне сказал я. — Очень!

— Спасибо, — совсем засмущалась девушка. — Кстати, дед про тебя спрашивал.

— Да? С какого? То есть, я хотел сказать, почему?

— Ты же обещал зайти в гости. Вот он и интересуется.

— Хм, — задумался я. Действительно, что-то такое припоминаю. А раз обещал, значит надо делать. — Когда будет удобно?

— Хоть сегодня, — улыбнулась Киска. — Дед всё равно дома всегда сидит.

— Сегодня? Извини, сегодня вряд ли. У меня на пару-тройку дней есть дела, — покачал я головой. И дела действительно есть. Помимо забот связанных со строительством, я хочу дождаться Егора. Судя по всему, Жива «выпишет» его в ближайшие дни. И нужно будет убедиться, что всё в порядке. Да и расспросить, как именно он попал в плен к Балховскому тоже стоит. Всё это, конечно, не так уж и срочно, но… Есть такое ощущение, что надо. А почему, понятия не имею.

— Тогда на выходных? — с каким-то даже облегчением отреагировала Ханна на мои слова.

— Может быть и раньше. Если с делами всё разрешится.

— Хорошо. Я передам деду.

— Слушай! — вдруг вспомнил я. — А вы давно в таком составе учитесь?"

"— Ох, Маркус! — неожиданно рассмеялась девушка. — Ты чем вообще слушал? Сейчас же был ознакомительный урок. Так что первый день мы в таком составе.

— О как! То-то я думаю, что препод прописные истины рассказывает.

— Маркус? — окликнули меня. Повернув голову, я увидел подошедшего Корнева.

— Он самый, — кивнул я.

— Ярослав, — представился он и протянул руку. — Ярослав Корнев. Боярин.

— Маркус Северский, — ответил я на рукопожатие. — Боярин.

— Ханна, — кивнул он Киске.

— Чем могу служить? — слегка напрягшись, спросил я. Привык, что в гимназии другие ученики ко мне обращаются либо для того, что бы оскорбить, либо для вызова на поединок. И то, и другое как-то уже поднадоело.

— Чего это ты так официально? — рассмеялся Корнев. — А просто так я подойти к новым одноклассникам не могу? Тем более, что все остальные иностранцы, и по-русски практически не говорят.

— Не почему же все? — пожал я плечами и кивнул в сторону ещё одного русского парня. — Вот же, вроде как тоже цельный боярин.

— А, — отмахнулся Ярослав. — Боярин Александров, в отличие от нас с тобой не Вольный. Он Ульчинским служит. И после нашей пикировки с Ханиным теперь вряд ли будет общаться. Разве что на поединок вызовет, если дурак.

— Почему дурак? — не понял я.