Грешник. Вернуть бывшую

— Нет, ты ошибаешься.

— Еще как поверит, — уверенно произносит мужчина, наклоняясь и в очередной раз рассматривая меня.

Рамиль хватает его за воротник и потряхивает. Отталкивает в сторону, что-то невнятно рычит. Двери лифта открываются. Касьянов за считанные секунды приводит себя в порядок, процедив сквозь стиснутые зубы нецензурные слова, выходит.

— Пару дней потерпи! Всего пару дней! — угрожающим тоном бросает Рамиль, на что мужчина становится темнее тучи. Поджав губы, достает мобильник и кому-то звонит. — Пойдем, — взяв меня за руку, Рамиль тянет на выход из компании.

— Да прекрати! Отпусти меня! — вскрикиваю, оказавшись у машины бывшего.

Прохожие странно смотрят на меня, и я вынужденно замолкаю. Чернов открывает двери авто. Плотно сжав челюсти, я сажусь. Не будь я беременной, сбежала бы. Но сейчас, я уверена, он мне не даст уйти.

— Ты же не поверила ему? — заводит двигатель и, вместо того чтобы сконцентрироваться на дороге, поворачивается в мою сторону. — Лер?!

— Что? — кричу в ответ. — Почему я не должна верить ему? Как раз он говорит правду! Да вы, наверное, и во время нашего брака сотни раз переспали! Ты ведешь себя как святой! Но нет! Ни черта ты не святой! Останови машину!

Это эмоции.

И чертовы гормоны. Рамиль подлый мерзавец. Он идиот! Он выкинул меня из дома беременную. Он назвал меня продажной. Он унизил, растоптал меня и мои чувства. Но, черт раздери, я не поддамся на провокации Касьянова! Сукин сын, конечно же, врет! Врет, не моргая глазом, поскольку Мила уже шепнула ему, что мы снова вместе. А врагу это не нужно!

— Лер, это неправда. Я тебе никогда не изменял! Тем более с ней! — севшим голосом оправдывается.

— И почему я должна тебе верить, а, Рамиль? Почему? Ты мне тогда поверил? Нет! Теперь чувствуешь ту боль, которую я испытываю долбанных семь месяцев?! Которая убила во мне веру в людей?! Которая убила любовь внутри меня?! Я тебя ненавижу! Слышишь? Ненавижу! И не верю! Останови, я сказала, машину! Не хочу тебя видеть! Оставь меня в покое, в конце концов!

Глава 21

Я резко отворачиваюсь к окну.

Вжимаюсь в сиденье. Как бы я ни хотела выглядеть сильной и показать свое равнодушие, у меня это не получается. Слезы текут по щекам. Кусаю губы, чтобы не показать эту слабость. Если уж плакать, то так, чтобы Рамиль не увидел и не услышал.

— Я отвезу тебя домой и уеду. Ты только не плачь. Пожалуйста, — на самом деле он почти шепчет каждое слово, но ощущение, словно шепчет он все это прямо у уха.

— Я не плачу! — говорю тихо, но твердо. — И прекращай отправлять машину за мной и заставлять Макса звонить мне.

— Ты беременна! Ехать в автобусе или такси — не самый лучший вариант, Лера. Всего пару дней походишь на работу, а потом дома. Терпи. Хотя бы о ребенке подумай, если о себе не хочешь, — берет меня за руку.