1
0Порвав тонкие бретельки комбинации, он обнажил пышную грудь и на мгновение задохнулся при виде такой красоты.
Она расстегнула ремень на его брюках, и он вдруг почувствовал ее руки на своей возбужденной мужской плоти. Резко потянув кверху его затвердевший член, она опустила голову и обхватила его губами…
Он оттолкнул ее:
– Нет… не надо…
Она упала спиной на постель.
– Что с тобой, комиссар? Разве ты меня не хочешь? Ты не хочешь меня трахнуть?
Не сознавая, что делает, Пирелли ударил ее по лицу – с такой силой, что у нее дернулась голова. София набросилась на него с кулаками.
– Посмотри на меня! – воскликнул он, схватив ее за руки. – Посмотри! Ты думаешь, я этого от тебя хочу?
Глаза ее сверкали огнем.
– Трахни же меня! Сделай мне больно! Заставь меня хоть что-то почувствовать!
Он отошел от кровати, поднял с пола свою рубашку и бросил ее на кровать. Она закрыла лицо и зарыдала. Бессильный и недоумевающий, Пирелли стоял и смотрел на ее трясущиеся плечи. Он попытался отнять свою рубашку, но она не хотела показывать ему свое лицо. Наконец он сел на кровать и начал нежно поглаживать ее живот. Постепенно она затихла.
Он взял рубашку и стал вынимать заколки из ее волос. Она лежала с закрытыми глазами.
– Я мечтал увидеть тебя такой – с чудесными длинными волосами, разбросанными по подушке. Я люблю тебя, София."
"Как ребенок, она протянула к нему руки. Он обнял ее и стал мерно раскачивать, потом нагнул голову и поцеловал в губы – сначала осторожно, но вскоре объятия его стали крепче, а язык скользнул ей в рот.
Они занимались любовью очень нежно, и спустя несколько мгновений он извергся в нее.
– Слава богу, у нас впереди целая ночь… – сказал он, с улыбкой заглядывая сверху в лицо Софии.
И целую ночь они любили друг друга, заснув лишь под утро и встав через пару часов. Он приготовил завтрак и принес его в спальню. Они ели, сидя рядом на постели. Он наполнил для Софии ванну, вымыл ее, затем вытер полотенцем и крепко обнял.
– Что мне делать, София Лучано? Ты приворожила меня, приворожила с первого взгляда.
Она засмеялась, вернулась в спальню и раскрыла шторы, наводнив комнату светом. Пока Пирелли принимал душ и переодевался, она собралась и теперь сидела в шубке, дожидаясь его.
– Мы приедем в Палермо на суд. На этой неделе слушается мамино дело. Ты там будешь?
Пирелли кивнул и тут только вспомнил, что не позвонил на работу. Он посмотрел на часы.
– Я возьму такси до аэропорта.
Она затушила окурок.
– Ты сможешь прийти на суд? Правда, мама боится прессы. Она очень напугана, а у нас есть только… только наш шофер. – Она чуть не сказала «Джонни».
