1
0
Тереза ставила галочки в списке вещей, когда в комнату влетела бледная Мойра и, запинаясь, проговорила визгливым, почти истерическим голосом:
– Тереза, п-пойдем с-со мной…
– В чем дело? Что случилось?
– Я не могу тебе сказать. Идем в гараж.
Тереза отвернулась от накрытого трупа, чувствуя приступ тошноты.
– Мне пришлось это сделать, – объяснил Лука. – Он шарил по ящикам. Он понял, что мы уезжаем. Но они не знают, что он тут был, они уехали…
– Что… что ты собираешься с ним делать?
Лука завернул мертвого Рокко в старое одеяло.
– Положу в его багажник, отвезу куда-нибудь и там брошу.
Когда окровавленный труп был вынесен из гаража, напряжение слегка разрядилось. Тереза тихо спросила Луку:
– Разве нельзя было просто оглушить его?
– Послушайте, я сделал то, что должен был сделать. Остальным ни к чему знать об этом. Особенно Грациелле. Но если бы он рассказал о том, что здесь увидел, вы бы здорово влипли… Вообще все получилось удачно.
– Что ты имеешь в виду?
– Ведь никому и в голову не придет, что это сделали пять женщин.
– О боже! – вскричала Мойра. – Тереза, смотри – грузовик с фабрики! Они увидят машину!
К вилле подъезжал один из грузовиков Лучано, чтобы забрать ящики на хранение.
– Спрячь машину. Отгони ее через задний двор, скорей! А потом тебе придется сжечь всю свою одежду. Не вздумай в таком виде попасться на глаза Грациелле!
Лука не мог отогнать машину слишком далеко, потому что потом ему надо было возвращаться на виллу. Петляя переулками, он подъехал к многоэтажной стоянке на окраине Палермо, купил парковочный билет и поставил «ягуар» на пятом этаже. Он уже выходил из машины, как внезапно в салоне зазвонил телефон.
Из-за бетонных стен здания голос сначала звучал искаженно.
– Джозеф, это ты?
– Я…
– Где ты был, твою мать? Алло! Слушай, выбрось на хрен, свой аппарат – ни черта же не слышно! Я тебе давно говорил: купи такой же, как у меня… Рокко? Ты меня слышишь?
– Si… я должен уехать из города на несколько дней.
– Ты что, шутишь?
Лука засмеялся и сказал громко, нараспев:
– Я шучу-у…
В трубке замолчали. Потом мужчина спросил:
– Кто это, твою мать?
– Оставьте женщин Лучано в покое. Не трогайте их.
Два часа спустя Роза, Мойра и Тереза уехали с виллы. Все ящики были вывезены, и они еще укладывались в намеченный график. Лука сжег в саду свою окровавленную одежду, а заодно и одеяло. Увидев костер, Грациелла нисколько не удивилась: она знала, что в кабинете дона осталось много писем и бумаг, которые надо уничтожить.
Прежде чем уехать вслед за остальными, Грациелла, София и Лука дали Адине последние наставления.
Горничная комкала в руке свой мокрый носовой платок.
