Bella Mafia

Папа ведь ни ногой не ступал в церковь, если только ты его туда не тащила насильно. Все эти люди приходят к нам из чистого любопытства, а тебе нравится быть в центре внимания, ты упиваешься каждой минутой.

Тереза ударила дочь по щеке с такой силой, что та отлетела и ударилась о стену. На несколько мгновений Роза оторопела, а потом набросилась на мать с кулаками, истошно крича:

– Оставь меня в покое! Ведь я сказала правду. Думаешь, я глухая? Я слышала, как вы с папой ругались и ссорились, как вы орали друг на друга. Он тебя никогда не любил, у него были другие женщины, я знаю, это все знали…

Тереза не смогла сдержаться и заплакала:

– Роза, как ты смеешь говорить мне такие вещи? С тех пор как мы вернулись домой, ты стала какая-то странная, я тебя просто не узнаю.

Тереза порылась в карманах в поисках носового платка и высморкалась.

– Мама, не плачь, пожалуйста, я не могу видеть, как ты плачешь.

– Это потому, что ты сама не плачешь.

– А с чего мне проливать слезы? С какой стати? Эмилио меня не любил, наша свадьба была организована за нас. Я даже рада, что он умер, потому что у меня такое ощущение, будто меня использовали.

Передали с рук на руки… как кусок мяса.

Тереза больше не могла этого слушать. Она бросилась в свою спальню и захлопнула за собой дверь. Как же мало знает ее дочь, а еще меньше понимает. Тереза взяла свою выпускную фотографию и посмотрела на молоденькую – моложе, чем Роза сейчас, – девушку в мантии и адвокатской шапочке.

Роза сидела за туалетным столиком и маникюрными ножницами подстригала себе челку. Обрезки волос уже покрыли тонким слоем стеклянную поверхность стола вместе с разложенной на нем косметикой, но девушка продолжала щелкать ножницами – все, что угодно, лишь бы не думать, не вспоминать.

– Роза, можно войти?

– Нет.

Тереза остановилась в дверях:

– Я хотела тебе кое-что показать. Это моя фотография примерно в твоем возрасте.

– Мама, я видела ее уже сто раз. Такая же фотография стояла у бабушки на каминной полке.

– Ты только посмотри на меня, видишь, какое серьезное личико, особенно в этих толстых очках…

Роза лишь мельком взглянула на фотографию. Тереза продолжала:"

"– Ты помнишь бабушку и дедушку? Я выросла у них в пекарне.

Папа мечтал когда-нибудь вернуться домой, но мама не хотела, она считала, что они очень хорошо устроились в Америке. Когда меня приняли в колледж, папа страшно гордился, он думал, что уже одно то, что я туда поступила, означает, что я стану квалифицированным адвокатом. Он рассказал всем, что его дочь адвокат, и его друзья устремились к нему в пекарню с подарками и поздравлениями…

Вполуха слушая мать, Роза сдула со стола настриженные волосы.