8
0
Я протягиваю продавщице три медные монетки и прошу пряник с медом. Та лениво берет с полки позади нее пряник и упаковывает его в бумажный пакет.
И в этот момент в дверях кондитерской появляется разряженная блондинка с маленькой девочкой, которую она держит за руку. Девочка примерно возраста Эрика, но очень надменная, что портит ее, в общем-то, миловидные детские черты.
Мы отходим в сторону и я отмечаю, что мать и дочь одеты в однотипные платья зеленого цвета.
Продавщица сразу сгибается в поклоне — и мы с Эриком как будто прекращаем существовать для нее. Мы превращаемся в невидимок, а дама проходит вперед, обдавая резким запахом дорогих, но жутко приторных духов.
Ловлю ее косой взгляд и гримаску раздражения. Она отворачивается, но потом вдруг возвращает взгляд, в котором мне мерещится легкое удивление.
Но я не даю ей возможности пялиться на себя. Киваю Эрику и мы быстро покидаем лавку.
— Какая девочка противная, — говорит малыш. — Она хотела мне на ногу наступить. Но я отпрыгнул.
И Эрик вгрызается в пряник. Все, пока он не доест, разговоры невозможны.
— Молодец. Нельзя давать себя в обиду, — хвалю я сына.
Но из-за этой мерзкой дамы я не спросила дорогу до замка, теперь ломай голову, к кому обратиться за подсказкой.
В итоге решаю спросить дорогу в хлебной лавке. В просторном торговом зале приятно пахнет выпечкой и мукой. И до чего тут чисто, полы выскоблены, стены сияют яркими кирпичами. В печке разведен огонь, свежие хлебцы выпекаются прямо на месте.
Широкие окна выходят на площадь — отсюда прекрасно обозреваются все близстоящие здания, так что я вижу, как из кондитерской выходят белокурая дама с дочкой. Она шагает все так же величаво, с видом хозяйки.
— Лучше бы имение привела в порядок, — ворчит женщина, вышедшая из подсобки с влажной тряпкой в руках. — Только кровь сосет из людей, а замок запущен, сады засохли, — она ловко протирает стойку.
— А что ей, она чужой человек, дорвавшийся до власти, — отвечает пекарь, стоящий у печки."
"Вспомнив о нас с Эриком, он осекается и достает щипцами плоский длинный хлеб. Кидает его на деревянный стол и тянется за следующим.
— Я ищу замок Кохэм. Там, говорят, служанок набирают, — произношу я спокойно и подаю женщине, занимающей место за прилавком, монетку. — Нам один хлеб. Серый.
— Хм, к стерве Сюзан рвешься, милая? — спрашивает она и кладет перед нами небольшую буханку. — Она таких, как ты, ест на завтрак и на обед. Там текучка кадров не прекращается, настолько экономка вредная.
Эрик явно пугается и хмурится, как он делает всякий раз, чтобы не показать страх.
— Неужели все так плохо? — спрашиваю я.
— А вон она, прошла сейчас с дочкой своей, — женщина кивает на окно. — От кого нагуляла неизвестно, но в замке засела хозяйкой.
