Беги, ведьмочка, беги

Правда, обижаться на своего дракона у меня пока не было причин. Несмотря на тяжелое предчувствие и его сегодняшнее хмурое настроение, он, все же, меня не обижал.

Мадам подала мне аккуратную коробку. Я не удивилась, обнаружив там нижнее белье. Весьма целомудренные трусики и маечка-бюстье пришлись мне как раз в пору. Спрятавшись за воздвигнутую у стены ширму, я одела белье и вышла к замершим в ожидании модисткам. К этому времени два из трех сундуков были уже открыты. И тут модная экзекуция началась. Бесконечные наряды, выдержанные все в бордовых и алых тонах, в основном весьма фривольного вида, мелькали один за другим. Мадам восторженно цокала языком, глядя на разодетую меня. А я с каждым новым платьем хмурилась все больше и больше. Ну, во-первых, кто это мог додуматься, нарядить рыжую, как огонь девушку в красное платье? Я всегда предпочитала густые зеленые цвета. Ну, в крайнем случае, синие оттенки. А во-вторых, мне больше нравились простые платья, а не пышные юбки, в которых даже стоя на одном месте можно было запутаться. Когда последнее платье достали со дна второго сундука, я с надеждой посмотрела на третий сундучок.

— А что там? — несмело спросила я.

— Ой, милочка, оно вам не надо. Там всякие швейные штучки, иголки и утюжки.

Ну почему же не надо? Все то безобразие, что наглаживалось и развешивалось на вешалки ее помощницами, явно требовало кардинальной переделки. Не собираясь расстраивать эту Сесиль своими мыслями, я сделала ей заманчивое предложение.

— Вы не могли продать мне этот сундучок.

Та несколько раз изумленно моргнула, облизнула в предвкушении губы, а затем сдулась, словно надувной шарик.

— Я Вам его подарю. Надеюсь, господин Олих останется доволен.

— Он будет Вам крайне благодарен, — заверила я ее в то время, как с меня стащили последний наряд.

А сама мысленно смаковала на языке имя, которое только сейчас узнала. Олих. Олих. Странное, конечно, имя. Но пусть это будет его самый страшный недостаток. Хотя, нет. Его чешуя — гораздо более страшное зрелище. Я вмиг залилась румянцем, подумав: а ТАМ, он тоже в чешуе?

В шатер девушки — помощницы уже втащили тапчан, покрытый мягкой тканью и лохань с ароматной дымившейся водой. Я впервые в жизни почувствовала себя принцессой, которой даже локон с глаз самой откинуть не дают."

"Меня уложили на тот тапчан. Я даже глазом не успела моргнуть, как меня раздели донага, и стали растирать мне каждый пальчик, каждую мышцу. Это было так кстати, так приятно. Я закрыла глаза и послушно отдала себя в руки этим волшебницам.