Беги, ведьмочка, беги

Но выбраться она не могла, потому что ее волосы зацепились за колючие ветки, и чем больше она ерзала и пыталась освободиться, тем больше запутывалась. Бросать свою находку она не собиралась, и опершись на локти, безуспешно пыталась распутать волосы.

Всхлипы не просто не прекращались, а даже усиливались. Так что он принял решение и, схватив ее за талию, потянул на себя. Под звонкий вскрик и треск ломаемых веток ведьма была спасена. Правда, спасибо своему спасителю сказать не торопилась.

— Да какого… Да что ты творишь! — возмущенно зашипела она, — Ты же мне волосы вырвал!

Такая она показалась ему смешная — красная от возмущения, испачканная в земле, заплаканная, и с помятым бурьяном в руках.

Наклоняясь к ней все ближе и ближе, он уже собрался поцеловать ее, как вдруг она, прогнувшись в спине, отодвинулась от него и засунула бурьян в рот. Кривясь и морщась, она поспешно его жевала. А прожевав, уставилась на него.

— Ну, вот. Теперь можно.

— Что именно ""можно""? — Олих был заинтригован.

— Разве мы не будем… целоваться и остальное…?

— А ты бы хотела?

Ведьмочка покраснела, засмущавшись, потупила скромно глаза.

— Или может, ты попросту голодна?

— Пппочему это я голодна?

— А с чего бы ты еще траву ела? Велю выпороть повара, за то, что не накормил тебя.

— Ах, ты об этом…

Странно, что она при этом стала пунцовая, как рак. Но при этом водила пальчиком по его груди, накручивая на него выбивавшиеся из-под рубашки волосы.

— Зачем ты ела траву?

— Потому что ты так быстро появился, что я не успела сделать отвар из нее.

— Зачем?

— Что зачем?

— Зачем тебе отвар из бурьяна?

***Вот же, приставучий какой! Его губы были так близко, что сбивали меня с мысли. А его запах… Еще утром он чуть не свел меня с ума. Украдкой посмотрев по сторонам, я убедилась, что в саду мы были одни. Без Урласа.

— Для чего нужен тебе тот отвар?

Я тяжело вздохнула. От этого дракона, по всей видимости, так просто не отделаться. Придется признаваться. Ну и что тут такого? Я ничего предосудительного не делала.

— Я не хочу забеременеть."

"И стрельнула на него взглядом. Он выглядел… пришибленным. Он что, не может иметь детей? Или я обязана мечтать о такой ""чести""?

— Боюсь тебя расстроить, — он все же наклонился ко мне, но не поцеловал, а слизнул языком капельку сока той самой травы, притаившейся в уголке губ. Поморщился от горечи и с жалостью на меня посмотрел.

— Ты не забеременеешь.

— Почему ты так уверен?

— Урлас сможет иметь ребенка только от женщины, признанной его магией. Но ты не можешь быть этой женщиной.

— Это почему еще?

— Будь это так, он бы мне сказал.

Ну, это уже хорошо. Но перестраховаться все же, стоит. Вот не доверяю я Урласу. И тем более, его магии.

Ну а сам-то? Спросить прямо я постеснялась, но взгляд мой, надеюсь, был выразителен.