6
0
– И стать твоим защитником? – скептически вскинула брови девушка.
– Нашим… А пока пусть следуют за нами, таким образом защищая. Узнать бы, как именно погиб его хозяин. Если человека убили свои же, то есть люди, это многое бы объяснило, в том числе желание примата нас сожрать. Своеобразная месть.
– Интересные вещи ты говоришь. Ах да… – девушка понизила голос, – Никита мне сказал, что Игорь Викторович и его подпевалы, хочет от нас отделиться, как только мы достигнем обжитых мест. Не хочет он ходить под рукой Вишневского.
– Оно и видно, всё время лезет со своими советами.
– Никита хочет остаться со мной. Но боится огорчить свою мать.
– А вроде большой мальчик. И что ты в нём нашла? – покачала головой я.
– Сама не знаю. Нравится он мне. Добрый и умный. Тётка Клара просто его подавила.
Тем временем между валунами и земляным откосом образовалось защищённое пространство, достаточное для всей нашей группы. Мужчины быстро расчистили площадку от веток и листьев, женщины расстелили брезент для детей. Баба Нюра достала из пакета подстреленную мной дичь: три большие тушки, похожих на фазанов, с ярким оперением.
Я наблюдала, как баба Нюра, устроившись у костра, ловко взялась за разделку птиц. Ей помогали две женщины. Дети сидели рядом и следили за процессом.
– Первым делом нужно ощипать, – негромко объясняла она. – Перья дёргаем против роста, иначе кожу порвём. Если совсем не поддаются, чуть ошпарить кипятком можно, но у нас его сейчас нет…"
"Пальцы бабы Нюры уверенно скользили по тушке, выдёргивая пучки ярких перьев.
– Теперь самое ответственное, – она взяла нож. – Нужно действовать очень осторожно, чтобы не испортить мясо. Вот здесь делаем аккуратный надрез… Главное – желчный пузырь не задеть, иначе всё мясо горьким станет. Внутренности вынимаем единым комком.
Затем она показала, как отделить печень и сердце, самые ценные субпродукты.
– В походе птицу лучше всего запечь на вертеле, – продолжала делиться опытом женщина. – Но сначала натираем солью изнутри и снаружи. Добавим специи, совсем чуточку, их надо экономить.
Насадив подготовленные тушки на заострённые палки, две из них она установила над углями под небольшим наклоном. Время от времени поворачивала, чтобы мясо прожаривалось равномерно.
– Когда дома готовлю, я ещё люблю птицу тушить, – вздохнула она. – С картошечкой, морковкой, лучком… Из третьей птахи сварю похлёбку на утро, закину рис…
Вскоре от костра поплыл такой аромат, что я едва усидела на месте.
