0
0
— Что же родители не повезли тебя?
— Батюшка мой, Ладомил, давно уж на том свете. А матушка Вещеслава вздумала за Перуна отдать, коего я видеть не желаю.
Варяги зашевелились и засмеялись от ее слов, и кто-то покосился в небо, но государя и это не смутило.
— Хоть с войском, но коль с добром явилась — милости прошу! — Государь снова подтолкнул бояр, чтоб приглашали, однако те все еще цепенели от вида богатырши. Ватажники на хорсе спустили сходни, и поленица сошла на причал, заставив варягов отступить еще дальше.
— Беда, как измельчали русы, — вновь повторила Краснозора.
— Нет в нашей земле богатырей, — покряхтел Князь и Закон. — Да может, кто из варягов возьмет? Отыщется храбрец…
— Я бы взял поленицу! — крикнул Сивояр, сбегая с исполинского хорса. — Эй, государь, поскольку вырос я сиротой и некому замолвить слово, посватай за меня Краснозору?
— Посватай, Князь! — откликнулись ему из толпы. — Жених достойный! Воин отважный и мореход сведомый! Округ земли прошел!
Тут уж не сдержался Путивой, и рука его сама наткнулась на плеть за опояской.
— Довольно потешаться!
— Да не потехи для — женить след Сивояра! — народ уж веселился.
— Не сватайте меня, — вдруг громко сказала Краснозора. — Ни за кого не пойду!
— А что же шла через три моря? — разочаровались варяги. — Чтоб показать себя?"
"— Есть в вашей земле один исполин, — промолвила она, обращаясь к государю. — Космомысл именем.
Рука еще прочнее влипла в древко плети, однако Путивой ответил сдержанно:
— Слышал, был такой…
— Хотел меня в жены взять…
— И что же не взял? Зрю, воспротивилась сама?
— Меч ему послала.
— Напрасно! Вот был бы тебе муж, не этому варягу ровня.
— Теперь жду его два века. А Кладовест молчит… Не знаешь ли, где ныне Космомысл?
— Неужто пойдешь искать?
— Пойду, ибо устала ждать.
— Мне жаль тебя, Краснозора. — Путивой вздохнул, чтоб не услышали зубовный скрежет. — Да опоздала ты. Женился Космомысл, взял артаванскую царевну, именем Авездра.
Хлеб выпал из ее руки, и соль рассыпалась на землю.
— Верно, опоздала…
— И величают его ныне — пророк, как бога почитают. Отовсюду едут, чтоб поклониться и речь его послушать. Забыл тебя Космомысл или вовсе не помнил.
— А кто эта царевна? Поленица?
— Сам не изведал, а слухам верить ныне никак нельзя. Кто молвит, вечная, кто — смертная, и ростом в три вершка…
— Забыл?… Отчего же снится? Как смежу веки — тут как тут. Меч подает, что я послала ему…
— Тоска тебя грызет. Пойдем к огням, ведь ныне праздник. Развеселись, развей печаль.
