Артефакт (не) на любовь

Это странно, потому что вокруг лес, в котором наверняка водятся хищники, но, тем не менее, чувство именно такое. Словно если рядом этот мужчина, я могу расслабиться и ни о чем не волноваться."

"Какое-то время пытаюсь смотреть по сторонам, но кроме деревьев ничего интересного нет, и из-за однообразия пейзажа и мерного покачивания меня постепенно начинает клонить в сон. И сдерживать зевоту с каждой минутой становится все сложнее.

- Поспи, - с улыбкой в голосе произносит Харт.

- Давай лучше я немного пройдусь сама.

- Не нужно. Ты очень легкая – мне совсем несложно тебя нести.

Совесть против, но предложение слишком уж заманчивое. Глаза сами закрываются, и я проваливаюсь в сон без сновидений.

Просыпаюсь от того, что Харт перекладывает меня на спальник. Открываю глаза и вижу ало-оранжевое небо, переходящее в лазурный и темно-синий. Ветер доносит запах реки. Сажусь и осматриваюсь – удивительно, но пока я спала, Харт умудрился донести меня до пункта назначения – справа, за ветвями деревьев, можно рассмотреть широкую реку, в которой тонет солнце, слева – темный лес, шевелящий голыми ветвями.

Харт выходит из леса с охапкой веток, разжигает костер и подвешивает над ним котелок. Что-то туда добавляет из мешочков, и уже через пару минут до меня доносится аромат мясной похлебки. Спрашивать об этом поздновато, но лучше поздно, чем никогда:

- Я могу тебе чем-то помочь?

- Нет, - улыбается он. – Можешь спокойно отдыхать. Каша будет готова через десять минут.

- Может быть, нужно собрать еще хвороста?

- Нет! – слишком поспешно отвечает он.

- Как скажешь, - предложение слишком щедрое, чтобы от него отказываться. – Тогда я пока схожу в кустики.

- Только далеко не отходи! Обещаю, что не буду подслушивать.

Хмыкаю – я и сама не собиралась углубляться в лес. Отхожу на двадцать метров и делаю свои дела, тревожно оглядываясь по сторонам – а вдруг здесь водятся хищники?

Помыв руки в ледяной речной воде, возвращаюсь на спальник и наблюдаю за тем, как Харт помешивает ароматное варево. Очень умиротворяющее зрелище, как оказалось.

Получив свою тарелку свежеприготовленной каши, зачерпываю полную ложку, остужаю и осторожно пробую – на вкус она такая же вкусная, как и на запах. С удовольствием уминаю свою порцию.

Харт забирает у меня пустую тарелку и, собрав грязную посуду, отправляется к реке. Меня начинает грызть совесть из-за того, что я отлыниваю от вообще всего, но она быстро сдает свои позиции – если напарник считает, что справится со всем сам, то кто я такая, чтобы лезть ему под руки.