Аполлон на миллион

И чего хорошего за свою жизнь видела? Побои от мужика, которому двух детей подарила? О нашем с Лесей биологическом отце доброго слова не могу сказать. Единственное, что мы от него получили, так это однокомнатную квартиру, которая маме досталась, когда ее законного мужа в драке убили. Несколько лет мы втроем жили, а потом мама с Андреем познакомилась. Где, как, когда они встретились, не знаю. Андрей же ее называл «заинькой», подарил ей колечко…

Арина тяжело вздохнула.

– Сейчас-то я понимаю, что новый наш отец был подлец, преступник. Он знакомился с женщинами-кассиршами, обольщал их и затем выведывал, когда у них на работе появятся крупные суммы. Но эти подробности я выяснила лет через десять после маминой смерти – случайно столкнулась в магазине со следователем, который многократно со мной беседовал. Отчества его не знала, окликнула по-детски: «Дядя Володя!» Он обернулся, я представилась, поболтали немного, вот тогда он мне правду и сообщил. Я была шокирована, ведь считала «нового папу» хорошим человеком. Хотя и удивлялась, что Андрей ни разу нас с Олесей после трагедии не навестил. Мы жили у тетки, которая к нам нормально относилась, я ей навсегда благодарна за то, что в приют нас не сдала, к своим детям еще двоих девочек прибавила.

– Олеся видела нападение на Розу Ильиничну, – поняла я. – Бедняжка…

– Ей досталось по полной программе, – кивнула Арина. – Сначала сестра угодила в больницу – ей прострелили руку. В клинику постоянно приезжал следователь, просил рассказать, как выглядел убийца. Но Леся же совсем маленькая была. Вспомнила лишь, что вошел огромный дядя, раздался тихий звук, мама упала. Олеся, в ту минуту игравшая под столом, перепугалась, заплакала. Бандит наклонился, и – все, дальше темнота. Очнулась она одна, вокруг кровь, поползла к мамочке… В общем, ужас! Потом кто-то в открытый обменник зашел, – бандит ведь дверь не захлопнул, – увидел кошмар, позвонил в милицию. Следователь ничего от Леси не добился, а я могла только сообщить, что у дяди Андрюши татуировка на бицепсе – лебедь.

– Лебедь… – повторила я. – Розу Ильиничну убили в девяносто четвертом?

– Да.

– И преступника не поймали?

– Нет, его взяли, – возразила Арина. – Осудили, посадили. Лесе пришлось долго лечиться, но она преодолела сложности, окончила школу, поступила в финансовый институт.

– Человеку, который в детстве пережил такую трагедию, не стоит работать в банке, – не удержалась я от замечания."

"– Это идея Олеси, – пожала плечами Арина. – Лет в одиннадцать у сестры вдруг начались приступы такие, как сегодня. Один раз она в кино неадекватной стала, когда увидела в фильме сцену нападения на банк. Затем, когда по телевизору показали рекламу, где мужчина в разные стороны доллары расшвыривал, ей плохо стало.