1
0
— Куда ж это? — взмолилась несчастная служанка. — Посредь ночи-то?!
— В Москву. Едем в Москву.
— Так ведь батюшка ваш дом запер, не пустит ни вас, ни меня.
— Ах, так? — Александра горделиво вскинула подбородок. — Значит, так тому и быть. Сама найду выход, и сама всё решу.
Груня не успела ничего предпринять, когда барышня распахнула створки настежь.
— Да что ж вы делаете-то?! Убьётесь!
Девушка кинулась к княжне, но та лишь зашипела в ответ:
— Тихо ты! Молчи! — Александра мигом прикрыла ладонью рот Груне. —Не хочешь со мной бежать, так и не надо.
— Да как же это?.. Да зачем?.. С ума сошли, что ли?.. — причитала служанка, но всё-таки заметно тише.
Княжна глянула вниз — второй этаж, не очень высоко, но прилично."
"По детству, было дело, сбегала они неоднократно с Соней, сестрицей её старшей, и младшим братиком Николашей. Соня первая попалась при побеге и больше чудить не желала, а вот Сашенька и Николаша продолжили проказничать. Однако время проказ давно уже кануло в Лету. Николаша тоже однажды ушёл на поля сражений, да и не вернулся боле.
Но теперь Александра решила взять судьбу в собственные руки. Ей одной строить свою жизнь, самой прокладывать дорогу к счастью. И счастье это вовсе не в замужестве за Арсением Ставрогиным. Нет. Этот прохиндей — точно не тот, кто ей нужен.
Действовать надо было незамедлительно, на сборы и приготовления времени не осталось. Княжна захватила лишь самое необходимое: присланные книги и письма В. Б., кое-какие фамильные украшения, а главное — крестик покойной Надежды Осиповны.
Груня в этот время всё ходила кругами да читала беспрерывно единственную знакомую ей молитву. Поняв, что барышня отступать не собирается, служанка кинулась наперерез.
— Не пущу! Не пущу!
— Груня, — Александра мягко уложила ладони на плечи девушке, — ничего со мной не сделается.
— На помощь зазову… — прошептала служанка и всхлипнула.
— Не плачь.
Для побега она, как и раньше, примостила уголок простыни к ножке тяжёлой кровати. До самого низа не достанет, но расстояние позволит уменьшить значительно.
Отпустив ревущую Груню, Александра взялась за самодельный канат. В длинном платье было жутко неудобно, но раньше ведь она как-то справлялась, справится и теперь.
— Помолись за меня, Груня, — попросила на прощание княжна и смело шагнула через край.
