- Вас повысили? Поздравляю!
- Нет, я не имею отношения ни к какому батальону. Я - врач. Сюда шёл помочь раненому.
- При этом знаете мою фамилию. Ай-я-яй, майор. Ваши ребята после допроса обычно добивают пленных. Это - воинское преступление, не правда ли. Ваша страна подписала Женевские соглашения, но открыто нарушает их. Особенно отличается этим Ваш батальон.
- Я не имею...
- Имеешь! Тебя уже слили. Просто ты не видел, что захвачены ещё люди из группы. Кроме того, могу показать ещё 20 трупов твоих подчинённых и трех живых. Не стоит отпираться, майор. Допрашивать я умею. Заговоришь, сердце у тебя здоровое.
- Я требую гарантий от Вашего руководства, капитан.
- Пока обойдётесь моими гарантиями. Тем более, что Вы меня знаете.
- Да, знаю, Вы - командир отдельной роты фронтовой разведки Ленфронта.Не ожидал Вас здесь увидеть. По моим данным, Вы квартируетесь западнее, у Свирьстроя.
- Командование корпуса в курсе моего появления?
- Конечно. Но, я ожидал, что здесь Вы появитесь позднее. Наличие групп хорошо подготовленных разведчиков мы ощутили только на левом фланге и в центре.
- То есть следует ожидать появления здесь Вашего подразделения?
- Нет, уже нет. Я ведь не вышел на связь. Моей задачей было подготовить операцию на месте. Уход со связи однозначно ставит точку в этом вопросе.
- А если...
- В этом случае, мне некуда будет возвращаться после войны. У генерала Паасонена чувство юмора полностью отсутствует. Он этого не простит моей семье.
- Печально. Судя по всему, у вас есть место, где можно легко перейти линию фронта.
- Да, у Остречино. Там непросматриваемый участок, и ещё у Янручья, но там что-то случилось с группой трое суток назад.
- Она уничтожена. Все погибли. Вот их медальоны.
- Быстро Вы работаете! А я не верил фрегаттен-капитану Келлеру, что Вы чрезвычайно опасны.
- Что, Бюро Целлариуса заинтересовалось скромным капитаном Ленфронта?
- Да, задача Вас уничтожить, уже поставлена. Нам, к сожалению, этого не удалось в Тененичах.









