2
0Он медленно обернулся ко мне, разжимая кулаки в карманах узких брюк. Затем бесшумно подошёл и взял моё лицо в ладони, будто хрупкий стеклянный цветок с множеством тонких лепестков. Кажется, даже дыхание затаил. Ледяные синие глаза тотчас растаяли, меняя темный оттенок на светлую лазурь. Я как будто рассматривала небо в ясный солнечный день. Его рвали сомнения на части. Лицо отразило жалость и в то же время какую-то внутреннюю борьбу.
— Ты бы рискнула моей жизнью ради самого желанного подарка, Лина? Осмелилась бы заплатить такую высокую цену, милая?
Его голос заставил задрожать каждую клеточку в моём теле, обласкал каждый натянутый нерв, пробрался так глубоко, что взбудоражил и смешал в тысячи оттенков палитру чувств из нескольких ощущений. Слова застряли в моём горле. Облик любимого мужчины растаял в подступивших слезах. Веки сжались, выталкивая наружу жгучие ручейки.
— Я бы с радостью отдала свою, лишь за то, чтобы ты был счастлив!
Дима так крепко прижал меня к себе, будто ту самую маленькую девочку. Наши сердца, как натянутые барабаны, мощными рывками отталкивали удары пульса, бились друг о друга.
— Я тебе верю, малыш, но я не готов тебя потерять, как свою первую жену. Ты не понимаешь о чём просишь меня. Мне достаточно твоей любви: чистой, искренней, бескорыстной, необъятной как этот мир… Я хочу жить тобой… Дышать тобой… Прикасаться к тебе… Любить тебя… Открывать каждый раз в тебе что-то новое… И ты не заставишь меня пойти на риск! Я больше не верю судьбе!
— Но я хочу ребёнка, Дима! — будто молитву произнесла. — Хочу маленького, упрямого как его отец, прекрасного, кудрявого Демоненка! С такими же пронзительными синими глазками, с выразительными скулами и полными губками, с хмурым носиком и обворожительной улыбкой.
— Ангел, только не сейчас, пожалуйста, не рви мне душу в клочья! — уткнулся носом в мою шею за ухом, прижимаясь губами к сонной артерии.
— Потому что ты обещал родителям? — не унималась я.
— Лина… — разочарованно простонал. — Я бы не слушал их… если бы…
— Почему она умерла?… Что такого произошло в тот роковой день? Мне нужны ответы!
Моя настойчивость всё больше будила в нём его тёмную сторону. Отстранившись от моей шеи, Демон насквозь проткнул меня взглядом, будто вогнал острый меч в самое сердце. Кажется, сейчас он с радостью покажет мне все грани ада. Я только успела всхлипнуть. А он отошёл и поднял со столика свой мобильник. Затем снова на меня посмотрел и холодно произнёс:
— Дина умерла на операционном столе, когда из неё извлекали мертвого шестимесячного малыша. Надеюсь вопросов больше не последует, Лина?
— И ты поэтому хоронишь меня заживо? — зло выплескиваю из уст свою ярость, сжимая кулачки до впившихся в кожу ногтей.
