2
0Её приоткрытый ротик откровенно взывал к поцелую и я набрасываюсь с голодной страстью, сминая девичьи губки своими, наслаждаясь её вкусом, нашей игрой языков. Мне этого мало, потому как малышка учится быстро, схватывает мои уроки на лету, и теперь её поцелуи доводят меня до безумия, до полусмерти, кипятят мозг, разрывают в клочья здравый рассудок.
Осторожно касаюсь бархатной кожи на тоненькой шее. Она реагирует на жар моего близкого дыхания, покрывается мурашками, искриться, в жилке ускоряется пульс. Лина дышит надрывно. Тело Ангела горит в агонии страсти. Руки сминают простыню, неосознанно дёргая прохладную ткань. Розовые соски взывают к ласке. Приподнимаю ладонью маленький холмик и жадно втягиваю в себя воспалённый бутон. Малышка удовлетворённо вскрикивает и тут же цепляется мне в волосы тонкими пальчиками, выгибает спинку, вдавливая свою грудь ещё плотнее в мой рот. Я глухо стону, с нежностью, упоительно слизываю с твёрдой горошинки приятный солоноватый вкус её кожи, что невыносимо будоражил мою кровь, от чего мой член всё также сильно её желал. Прикусываю сладостный комочек, целую его и снова втягиваю в горячий рот, терзая языком, вырывая нехитрым способом из горла жены протяжные стоны удовольствия.
— Нравится?… — отстраняюсь на миг, только для того, чтобы поймать её бесстыжий взгляд.
— Безумно… нравится… — она тихо шепнула моё имя… простонала моё прозвище… и нетерпеливо притянула за голову назад к своей груди. Неприкрытые желания одурманили нас. Я хрипло хохотнул и принялся за второй сосок, мурлыча, будто мартовский кот."
"Пальцы уверено скользнули вниз по животу к заветному треугольнику между ног, нырнули вниз и накрыли горячее нутро. Лина дёрнулась и сомкнула бёдра, зажимая сильнее мою руку на влажных лепестках. Дикая страсть загорелась в моих глазах. Её же пугала неизвестность. И я снова тянусь к губам Лины, потому что только таким способом могу заставить забыть о страхе упоительно целуя её, тягуче-медленно, глубоко проникая языком в сладость её рта. Девичье тело предательским образом поддалось моим ласкам, раскрывая барьеры, ломая сомнения.
— Не бойся…расслабься, я буду осторожен. Позволь мне насладиться твоей невинностью.
Ангелина повиновалась мне, перестала сопротивляться, медленно расставила согнутые в коленях ножки в стороны.
— Ещё шире, малыш… — глухо вторю, не отрывая от её лица своего обезумевшего взгляда. — Моя ладонь с нажимом погладила возбуждённую плоть девочки, увлажнённую и готовую меня принять. Осторожно, миллиметр за миллиметром, ввожу в неё средний палец, плавно растягивая им стенки влагалища, будто лепил дорогостоящую, шедевральную, глиняную вазу, наслаждаясь одновременно слайдами эмоций на её лице.
