2
0Все эти годы не решался открыть двери в тайное душевное хранилище, всколыхнуть свой внутренний мир, отважиться вытащить оттуда роскошь наружу. Я прятал любовь за семью замками, выбирая лёгкие пути в отношениях. До недавних пор меня всё устраивало. Но так было до встречи с моей второй женой. Сейчас новые чувства распирают настолько сильно каждую живую клетку моего тела, хаотично мечутся во мне, их сложно упорядочить, разобрать на главные и второстепенные. Всё так запуталось: и ревность, и любовь, и страсть, вытесняя окончательно закоренелую боль и страх…
— Едем обратно в офис, Костян! Её семейство, чувствую, попьёт моей крови! Особенно мать с сестрой. Так и хочется встретить их у себя на пороге с распростертыми проклятиями! — усаживаюсь в свой автомобиль рядом с другом юристом, зажимая мобильный между левым ухом и плечом. Длинные гудки напрягали. Радужный отвечать на мой звонок не торопился. Рассматриваю особенные обручальные ободки в бархатной коробочке, прокручивая их в руках. Так и не удалось обменяться кольцами с Линой.
— Что с женой? — Костик хмуро взглянул на меня, включив зажигание. В эту минуту рычание мотора общалось со мной на одной волне.
— Всё отлично, не считая того факта, когда Лину обступили сумасшедшие, разъярённые амазонки, не позволили увезти к себе в квартиру! Причём все три! Вот же ж… бабы стервы! Вот на кой Адаму понадобилось делиться с ними ребром? Лучше бы кусок мозга отдал, идиот!
— Она в больнице остаётся?
— Отделалась парой синяков и испугом. Мать забирает её домой.
— Это ещё что за херня? Им новость о браке не понравилась? Что за протест? — дружок вспылил, сворачивая на центральную дорогу к выезду.
— Видимо шок. Надеюсь, до вечера пройдёт. Иначе я разнесу их дворец к чёртовой матери в щепки вместе с бабским батальоном! Лучше бы старшей занялись, так нет же, младшая не спросила, видите ли, разрешения на брак!
— А Лина? Она согласилась остаться? Какого лешего пляшет под их дудку? В конце концов вы же взрослые люди!
— Не хотела нервировать ма-мууу-лю, — тягуче кривляюсь, ощущая оскомину на зубах — маленькая засранка, бл***ть! Видите ли, слово матери — закон! Для меня, не иначе, как самоуправство! И главное, хрен оспоришь эту чёртову организацию ЦПЖ (Центр по Правам Женщин)! А всё потому, ссука, что Даша, как всегда вовремя, напомнила о себе звонком! Решила в очередной раз проявить жест милосердия, справляясь о здоровье моей супруги. Грррр!
Я сам себе в эту секунду напоминал дикого, голодного, рычащего гризли, у которого отобрали ароматные коренья и сладкие, спелые ягоды.
— И знаешь, Костя, Линка спросила о «Деле» на танцора. Вот же ж пид…сс — поднимаю ошалевший взгляд, одновременно закрывая коробочку с обручальными кольцами громким хлопком.
