Далекие странники (перевод новеллы)

— Как славно, что Чжоу-сюн разделяет со мной это высокое устремление! Так уж повелось, что мои единомышленники всегда блистали исключительной красотой. Теперь становится ясно…"

"От слов «становится ясно» у Чжоу Цзышу запульсировало в висках. Он уже собрался оборвать бессмысленный разговор, но в этот миг ночную тишину прорезал мучительный вопль. Звук донёсся из глубины леса за спиной Вэнь Кэсина. И он, и Чжоу Цзышу застыли посреди дороги.

— Смотри, моя прекрасная родственная душа, появился новый шанс заработать добродетели! — Вэнь Кэсин указал в сторону, откуда раздался крик.

Чжоу Цзышу колебался пару мгновений, но в итоге пошёл на звук, раздражённо бросив через плечо:

— Проблемы с глазами — очень серьёзная вещь, Вэнь-сюн! Тебе нужно скорее обратиться к врачу.

Чжоу Цзышу так превосходно владел цингуном, что мог передвигаться по снегу, не оставляя следов. Несмотря на это, Вэнь Кэсин в два счёта сократил расстояние и пристроился за ним, сохраняя небольшую дистанцию. Кто угодно другой во время такого резвого перемещения замолчал бы, чтобы не утратить концентрацию. Но Вэнь Кэсин шутливо продолжил прерванный разговор:

— Чжоу-сюн безусловно прав. Мне стоит посетить врача, и не одного, как только представится возможность получить должное лечение. Я ведь ещё так молод, а зрение ухудшается с каждым днем! Иначе почему я до сих пор не могу найти изъянов в маскировке Чжоу-сюна? Какой позор!

Чжоу Цзышу с удовольствием превратил бы «ухудшающееся зрение» назойливого спутника во вполне реальную слепоту. Однако, дважды подумав, он решил, что пока недостаточно изучил противника.[66] А необдуманные действия были несвойственны рациональному, сдержанному бывшему главе Тяньчуана.

Передвигаясь с невероятной скоростью, двое охотников за добродетелями быстро оказались в глухой чаще, где обнаружили труп.

На мертвеце были чёрные одежды. Маска, закрывавшая его лицо, раскололась надвое. В распахнутых глазах застыл ужас, что наводило на подозрения о мучительной смерти. Издалека силуэт человека показался Чжоу Цзышу знакомым. Подойдя ближе, он наклонился, чтобы получше рассмотреть покойного, и мрачно пробормотал:

— Разве это не господин Му, глава поместья Дуаньцзянь?

Только сегодня утром этот человек битый час изводил его дурацкой болтовнёй! Кто мог подумать, что глава Му обратится «ночной совой»? Мёртвой «ночной совой», но тем не менее…

Вэнь Кэсин тоже подошёл, с любопытством потирая подбородок:

— Тёмная ночь, чёрная одежда. Возможно ли, что…

Чжоу Цзышу повернулся, чтобы выслушать его предположения.

—… господин Му собирал здесь цветы?[67]

Чжоу Цзышу отвернулся с ровным лицом, хваля себя за выдержку.