3
0
Примечание к части
∾ Чжаньмадао (斬馬刀) — дословно «меч, разрубающий лошадь». Двуручная сабля с широким и длинным клинком, использовалась пехотинцами против кавалерии во времена династии Сун.
Том 4. Глава 72. Разоблачение"
"Выскочив из укрытия, Цао Вэйнин отбил арбалетную стрелу, пущенную из зарослей в Мо Хуайяна. Чжан Чэнлин бессознательно привстал, чтобы последовать за Цао-дагэ, но Гу Сян затащила мальчишку обратно. Она попыталась вздохнуть всей грудью, но горло перехватило — воздух так и застрял в носу вместе с запахом лесных трав. Кончики пальцев Гу Сян, вцепившихся в плечо Чжан Чэнлина, мелко подрагивали.
— Замрите, — сдавленно шепнула она своим спутникам. — Не вздумайте двинуться с места.
Все внизу оцепенели, когда Цао Вэйнин свалился как снег на голову. Не растерялся только Чжао Цзин.
— Кто стрелял? Где эта подлая крыса?! — вскричал он, молниеносно сменив тактику.
Свита героя Чжао мгновенно подхватила его линию поведения. Кто-то воздел меч, якобы готовясь обороняться от вражеских полчищ, кто-то принялся вопить:
— Берегитесь засады! Тут повсюду злобные призраки!
Внутренний раздор в войске на время утих. Все кинулись ловить убийцу, но догнать его не удалось. Ядовитый скорпион сбежал под покровом лесной тени, даже не проверив, попал ли в цель.
Гу Сян следила за происходившим в полнейшей растерянности. Она считала, что Цао Вэйнин совершил кошмарную ошибку, выскочив на свет в такой опасный момент. Во-первых, Чжао Цзин мог обернуть ситуацию себе на руку. Во-вторых, Мо Хуайян вынашивал тайные планы и был полон непостижимых секретов. В-третьих, Е Байи подлил масла в огонь, самонадеянно напрашиваясь на неприятности.
Минуту назад Мо Хуайкун надеялся получить перевес в силе, объединившись с Е Байи, но теперь решительно оставил эту затею. Трудно было найти менее подходящее место для раскола, чем граница Долины призраков. Ещё чуть-чуть — и с Мо Хуайяном случилась бы беда. Оставив колебания, Мо Хуайкун напустил на себя грозный вид и шагнул навстречу Цао Вэйнину:
— Тебя только за смертью посылать, сопляк! Ты что, вышивал цветы ногами? Или думал, мы будем тут ждать до вечера?
Мо Хуайкун помнил о знакомстве Цао Вэйнина с Гу Сян и её сомнительным окружением, поэтому поспешил заговорить первым. У окружающих должно было создаться впечатление, что шишу просто отправлял младшего с каким-то мелким поручением. В свою очередь Цао Вэйнин не был круглым идиотом, пусть и не блистал остротой ума. Кротко извинившись, он тихонько встал позади Мо Хуайкуна.
Но будь всё так просто, Гу Сян не искала бы так отчаянно выход из ситуации. Даже если остальным было не до того, Фэн Сяофэн прекрасно помнил, что Цао Вэйнин был заодно с Гу Сян, ослепившей ядом Гаошань-ну.
