Академия Полуночи

Значит, прятаться стоит выше.

Лишь оказавшись у моей двери, мы оба привалились к стене и попытались восстановить дыхание.

— Как ты… смог увидеть меня… сквозь полог нефрита? — снова спросила я.

Друг поморщился, явно недовольный моей настойчивостью, и хмуро буркнул:

— Только Ллосе не говори.

— О чем?

— О том, что я… — Киган запнулся, будто слова вдруг застряли в горле, — слеп.

Я нахмурилась, не понимая.

— Я не вижу пологов, — пояснил он. — Точнее, ничего не вижу: ни пологов, ни сфер, ни блоков. И… и сам не могу их ставить.

— Поэтому Дис-Мари тогда просила тебя задержаться?

Он кивнул, все еще понуро, но уже через секунду широко улыбнулся.

— Расскажешь Ллосе, как я тебя спас? Про слепоту молчи, а вот о моей героической смелости можешь поведать без стеснений!

— Ты напал на нефрита, Киган. Не думаю, что стоит хвастать этим на каждом шагу.

— Да брось! — отмахнулся друг. — Что он мне сделает? Втянет в пари? Пф, тоже мне ужасы. Не переживай, Лэйни! Не думаю, что свет выжег ему разум настолько, чтобы тот кинулся меня убивать. Это же академия, тут с правилами строго!

Беззаботно рассмеявшись, Киган хлопнул меня по плечу и, расслабленно заложив руки за голову, зашагал к лестнице. Я смотрела ему вслед и чувствовала нарастающее в душе беспокойство.

Киган ошибается: свет выжег Ардену не разум, а сердце. И это намного страшнее.

* * *Когда мир за окном укутала тьма, а на небе вспыхнули звезды, которые после речей магистра Роуна у каждого халцедона вызывали особый трепет, в дверь постучали. Мы с Эвис обменялись вопросительными взглядами. Потом я кивком головы указала на подушку, и уже через секунду под ней скрылся зеленый хвост.

Оправив платье и мысленно обрадовавшись, что еще не успела сменить его на ночную сорочку, я подошла к двери. Почему-то было страшно. Вдруг по ту сторону притаился Арден? Хотя в охватившем его безумии он бы не стал стучать — скорее явился бы переходом, как это всегда делала Мойра.

Может, вернулся Киган? Но почему так поздно?

— Лэйни, это я, — раздалось приглушенно с той стороны.

Едва я услышала первые звуки, как пальцы сами схватились за ручку и дернули ее на себя. На пороге стоял Хэйден.

Забыв о приличиях, о том, что для любой артиэллы непозволительно проявлять эмоции столь бурно, я кинулась ему на шею. Обняла крепко-крепко, услышала шорох смятой бумаги, но не обратила на него внимания.

— Лэйни? Все в порядке?

— Ты… тебя не было на обеде и ужине, и я решила, что… точнее, я просто… я не знала, что думать, — объяснение получилось сбивчивым, взволнованным.

Нехотя отпустив Хэйдена, я шагнула в сторону, дождалась, когда он пройдет, и закрыла дверь. Хэйден скинул на кровать пухлые, перевязанные разноцветными шнурами свертки и приблизился ко мне.