3
0Нужно, наверное, все-таки начинать относиться проще к тому что вокруг меня происходит, так и в самом деле разучусь обычным вещам радоваться.
— Слушай, Владимир Михайлович, а ты мужаешь прямо на глазах! — Михаил радостно сгреб меня в объятия и похлопал по спине. — Сколько я тебя не видел? Всего ничего, а ты вон как изменился!
— Ну ты тоже знаешь, ваше сиятельство, растешь понемногу. Даже шире в плечах стал, мне кажется, — сказал я, вырвавшись из крепких дружеских объятий графа.
Владыкин и в самом деле как-то неуловимо изменился. Черты лица стали немного суровее, былая бледность немного ушла, да и твердости во взгляде прибавилось. Что сказать — львенок постепенно превращается в грозного льва.
— Я расту? Ты вот только меня-то с собой не сравнивай, хорошо? С такой скоростью роста как у тебя, скоро я лишь пыль позади тебя глотать буду — вся Российская империя гудит о твоих подвигах.
— Мало ли, что журналисты напишут.
— Ты вот только мне не заливай, не на того напал, — рассмеялся граф и осмотрелся по сторонам, разглядывая мое владение. — Слушай, а не плохо ты здесь устроился, как я погляжу. Ничего сверхъестественного, но без излишеств и все по делу. Гляди-ка, даже охрану себе завел. Ну, это дело хорошее, с твоим размахом без этого никак.
Он сделал несколько шагов, посмотрел во двор и рассмеялся, хлопнув себя по худым ляжкам:
— Вот это да! Ты что, горку себе построил? Чтобы вечерами не скучать?
— Да это Тосика движение, — усмехнулся я. — Они там с Никодимом все строят городки снежные.
В этот момент откуда-то примчался плюшевый и с криком:
— Граф, карамба! — сиганул Владыкину на руки.
Ну да, когда-то они много времени провели в Академии за жаркими спорами: кто это громко испортил воздух и все такое прочее. Хоть они и обзывали друг друга всякими нехорошими словами, но все-таки дружили. Достаточно было вот этой картины, которую я сейчас наблюдал: Тосик радостно скачет у графа на руках, а тот гладит его по загривку.
— Слушай, плюшевый, тоже, между прочим, подрос! — сказал ему граф и вопросительно посмотрел на меня. — Вырос наш зверек, правда? Мне же не кажется?
— Не кажется, — с улыбкой ответил я и это было чистой правдой. — Взрослеет мой плюшевый.
Пусть ненамного, всего на несколько сантиметров, но Тосик действительно немного подрос. Впрочем, меня это вполне устраивало — если бы он вымахал до размеров, которых он достигает после шоколада, то это было бы очень неудобно. Такая туша постоянно бегает по двору, а между делом еще и в дом забегает, чтобы чего-нибудь перекусить.
— Ну пошли в дом, нечего на улице торчать, — сказал я и провел гостя внутрь.
