3
0
— Черт… нет… продолжай… — сдаюсь я, закрывая глаза и упираясь лбом в стекло.
У меня опять амнезия!
Отдаюсь ощущениям на мгновение.
Амнезия… — крутится в голове слово. Была. После больницы. Когда она в гостинице там с бандитом…
— Стоп!
Тяну вверх за руку. Вжимая в стену.
Поглаживаю ее губы пальцем.
— У тебя от меня секреты, Асенька?
Опускает взгляд.
— Нет… Просто не успела рассказать.
— За три месяца?
— Три? Почему три?
Хмурится, задумчиво плавая взглядом.
— Какого беса ты делала в гостинице с Германом, м? — напоминаю я ей.
Вздрагивает, зажимается, зажмуривается.
— Ась?… — напрягаюсь я.
— Можно я лучше продолжу каяться? — пальчики скользят по мне вниз, обхватывают ствол, крепко сжимая его.
Ловлю их, с трудом отдираю от инструмента покаяния.
— Итак… Ты у меня хорошая девочка, да?
Кивает.
— Ничего плохого никогда не сделаешь?
Снова кивает.
— И секретов от меня у тебя не будет?
— А где кнопочка с амнезией? — прижимается к моим губам.
— Ты выхватишь сейчас! Быстро рассказывай!
В ушах шумит пульсирующая кровь. Какой я не стойкий-то…
И вместо того, чтобы внимательно слушать, поднимаю ее бедро, втыкаюсь в теплую плоть.
Мне страшно. И я ловлю себя на том, что не собираюсь, останавливаться, хочу в неё кончить. Чтобы залетела. Потому что это заставит меня принять и разрулить любую хрень, какую бы она там не натворила эти три месяца назад с Герой!
От этого факта, мне больно заранее. Но будет только так. Я её не отдам.
Что. Бы. Она. Там. Не. Накосячила!
Расслабляясь, кончаю, боль с груди переплетается с удовольствием…
Мне кажется, я сейчас сдохну.
— Расскажи, — хрипло шепчу ей."
"— Мы с Герой обокрали Марину. Паспорт… Так нужно было, чтобы написать тебе разрешение на операцию!
— И всё?
— Но пожалуйста-пожалуйста-пожалуйста… — умоляюще пищит Синичка. — Не говори Гере, что я рассказала!
— Он втянул тебя в гоп-стоп??
— Гоп-что?
— Дура ты моя…
— Я сама так решила, он только помог!
— Ну да.
— Ну, Даня! Я ему слово дала, что ты не узнаешь! Ну, пожа-а-алуйста! Обещаю каяться каждый день! — хитренько и часто моргает ресницами.
— Ладно… — отпускает немного меня.
Пусть лучше у нас с Синичкой будет секрет от Бандита, чем у них двоих от меня.
— Не скажу. Но еще раз дашь такое слово, я не знаю тогда…
— Никогда больше!
— И про каждый день я запомнил, — обматываю бедра полотенцем, выхожу.
Верёвки вьёт из меня эта барышня!
Поправляю на камине фотки. Наши с Аришей, и Асины — с отцом, с семьёй… Одна рамочка пустая. Это Синичка купила для свадебной.
— Дан, ты не видел мою подвязку, на камине была? — собираясь, бегает она по дому.
