Охрана открыла им черную дверь в клуб, и я услышал доносившиеся оттуда говор, музыку и смех.
Я свернул налево, дальше по маршруту. Я беспокоился о Чарли. Ему понадобилось слишком много времени, чтоб открыть замок. Я включил телефон. Если он не забыл, то должен был сделать то же самое.
— Послушай, мы собираемся туда забираться или нет? Давай, кончай сачковать и сделай это.
Когда он отвечал, мимо проехала машина, но я клянусь, что слышал, как он смеялся.
— Давай дадим мудрым и опытным еще один шанс, а потом пускай пробует эта желторотая молодежь.
Телефон погас, но я и дальше держал его в руке. Еще несколько машин проехало мимо меня. Я наконец-то добрался до улицы Барнова.
Я позвонил Чарли.
— Я на месте.
Он делал свой круг по другой стороне улицы, так что мы шли не слишком близко друг к другу. Наверняка я уже скоро увижу его переходящим улицу.
Когда мы снова подошли к воротам, Чарли не терял времени. Опустившись на колени, он в этот раз не стал снимать рюкзак. Наклонившись, я увидел, что он борется с двумя вещами: замком и своими руками. Я толкнул его в ногу.
— Иди отсюда, черт тебя подери. Я сам это сделаю.
Он взглянул на меня и пожал плечами. Мы поменялись местами.
— Твою мать, — пробурчал я, принявшись за работу, — он почти такой же старый, как и ты.
Отмычка все еще была в замке. Я почувствовал давление рычага вверху замка перед тем как он открылся, затем открылись и ворота. Я достал отмычку и сунул ее Чарли.
Я снял свою бейсболку и натянул маску на лицо. Чарли сделал то же самое. Больше я ни о чем не беспокоился: это была его работа. Если он заметит что-то не то, он с этим разберется.
Я мягко толкнул левую часть ворот вперед лишь настолько, чтобы я мог пробраться внутрь. Не нужно и говорить, насколько чувствительны все эти датчики и какова амплитуда их действия. Я медленно продвинулся направо вдоль ворот, направляясь к стене. Пока вы достаточно далеко от сенсоров и стоите на твердой поверхности, в девяти из десяти случаев у вас все может выйти.
Когда я добрался до стены, я остановился и стал ждать Чарли. Он тоже пробрался сквозь проем в воротах и затем так же мягко толкнул створку обратно, не закрывая ее на замок. Это был единственный маршрут побега, который мы знали, и мы не хотели его лишиться.
Где-то недалеко на улице раздался громкий монолог на скрепочном языке. Ответа я не расслышал: то ли отвечающий был не в себе, то ли пьян, то ли это был телефонный разговор.
Я посмотрел направо. Мы были в трех-четырех метрах от внутренних построек, которые должны были служить нашим прикрытием во время проникновения в дом и наших последних проверок."
"Придерживаясь стены, я стал двигаться. Медленно, действительно очень медленно.
Оркестр в «Приморском» начал играть «Чернокожая девушка на арене» группы «Boney M».









