Агрессор

Раздалось шипение, словно воздух выходил из пробитого колеса, — и фонтан крови. Пуля, несомненно, прошла через одно из его легких, а может, и через оба. Кислород попадал в грудную клетку через все раны. Пока я держал руку на груди, ему некуда было выходить. Давление в груди было таким сильным, что, когда он вдыхал, легким и сердцу просто некуда было расширяться.

Я перевернул его на правый бок; кровь, попавшая ему в легкое, вылилась, словно молоко из разбитого кувшина.

Я перевернул его снова на спину и закрыл рану.

Он терял сознание.

Глава одиннадцатая

Мне нужно было продолжать пытаться его спасти.

— Все о'кей, ты можешь снова говорить со мной, дружище.

Ответа не последовало.

— Эй, ну давай же, говори со мной, ты, старая манда!

Я схватил его за короткие баки. Ответа не было."

"Я поднял его веки. Зрачки были такими узкими, что я едва рассмотрел их. Его дыхание стало очень быстрым и неровным, сердце работало с бешеной скоростью, чтобы перегонять ту кровь, что осталась. В его груди будет собираться все больше и больше крови, и это убьет его.

Я прислушался к его дыханию.

— Дай мне знак, что ты меня слышишь, дружище… Дай знак…

Ответа не было.

— Я понесу тебя, дружище… мы скоро выберемся отсюда. Скоро уже будем в самолете, вернемся в Брисбен… О'кей, о'кей? Дай мне знак, покажи мне, что ты жив.

Ничего.

Я поднял веко, прощупал пульс. Ничего не было. Я прикоснулся к его лицу, на нем застыла улыбка. И этого знака мне было достаточно.

— Скоро уже, ты, старый дурак. Скоро будем дома.

Я взял в руки РПК и побежал вниз по холму. Я вытащил магазин и проверил количество патронов. Их оставалось около десяти. Я переключил предохранитель в первое положение. Приходилось считать каждый патрон.

Я направился немного левее, в сторону машин.

Где-то метрах в ста Бастард, качаясь из стороны в сторону, шел, спотыкаясь вдоль дороги, размахивая при этом руками, чтобы не потерять равновесие.

Я побежал за ним, держась в тени деревьев. Он упал и на секунду забарахтался на земле, как перевернутая на спину черепаха.

Я замедлил ход, пытаясь найти впереди хорошую позицию для огневой точки. Наконец-то он достиг талимобиля. Я смотрел, как он подошел к водительскому месту и забрался внутрь.

Я снова поставил пулемет на землю и лег сам. Он был в положении дальнего боя: триста метров.

Я чувствовал себя на удивление спокойно, когда приложил приклад к плечу, закрыл левый глаз и прицелился.

Как я и предполагал, он не был специалистом по угону автомобилей. Он вылез из машины и пнул ногой левое крыло в расстроенных чувствах, после чего направился к «ладе». Спустя пару секунд двигатель сделал пару оборотов и снова заглох.

Намокли свечи. Скорее всего именно поэтому он и остановился здесь, и с тех пор ничего не изменилось.