Агрессор

Затем я услышал, как зажглась спичка.

Бастард порылся в своей куртке и достал оттуда мой паспорт. Он был таким новеньким, тисненный золотой американский орел на обложке блестел под светом лампы.

— Ты не так давно и гражданин, да?

— Ага.

— Как ты стал американцем?

— Я работал в одной маркетинговой компании. Они и предоставили мне гражданство. Но через некоторое время я стал лишним. И вот я здесь с Чарли. Могу я его увидеть?

— Всему свое время, сынок. Как ты ввязался в такую работу? Ты бывший военный? Тебе помог этот брокер из Британии?

Не было смысла лгать. Конечно, я бывший военный, иначе Чарли бы меня не нанял.

— Я знал Чарли и этого брокера по службе в армии. Чарли спросил, не нужна ли мне работа. А она была мне очень нужна. Деньги сами в руки не идут, особенно в наши дни, особенно когда ты уже давно ничего не зарабатывал.

Он кивнул, не веря ни единому моему слову. По крайней мере, здесь мы были в одинаковом положении.

— У меня есть одна проблема, Ник, с которой ты можешь мне помочь. — Он убрал кусочек табака со своей губы и внимательно посмотрел на мокрый край сигары. — Ты бы должен понимать, что я немного нервничаю; Чак сказал мне, что у него есть две кассеты с записями наших встреч в гостинице. Ты собирался сказать мне то же самое, не так ли?

Он не дал мне времени ответить — не то чтобы я правда намеревался это сделать.

— Он также говорит, что у вас есть то… — он как-то странно махнул рукой, — то, из-за чего мы все торчим в этой чертовой стране.

Я всеми силами старался сделать вид, что ничего об этом не знаю.

— Те бумаги…

Что он имел в виду? Они были не у него?!"

"— Понимаешь, те бумаги… ну, людям, на которых я работаю, кровь из носу нужно узнать их содержание. А что касается кассет… я могу оказаться в очень неловком положении, если они станут достоянием общественности… мой план по уходу на пенсию точно провалится к чертям.

Я подумал о том, что кассета с записью, на которой он отдает какое-то снаряжение, обнаруженное затем в багажнике База, и с разговором о всей этой работе может разрушить любые планы, не говоря уже об уходе на пенсию.

Он улыбнулся еще шире. Если он не будет осторожнее, его щеки просто лопнут.

— Вы должны мне помочь, парни. Вы слишком сообразительны для меня. Что я могу сказать?

Он наклонился вперед. Эта улыбка, наверное, просто убивала его.

— Почему бы нам не покончить со всем этим делом уже сегодня? И тогда мы все могли бы улететь из этой долбаной страны первым же рейсом.

Хари и Кунзру снова потоптались на месте, и я уже приготовился к худшему. Должно быть, это было заметно.

Бастард расслабился.

— Тебе пока нечего переживать из-за этих ублюдков, сынок. Есть и более простой выход. Как ты считаешь, Ник? Что скажешь?

Я ничего не сказал. Он хорошо это скрывал, но чертовски переживал.