1
0Очень вовремя!
Мне захотелось выскочить из-под накутанного на себя хлама, слезть с чердака и бегом бежать в Москву. Так неприятно стало, что я столько хлопот доставлю. Но никуда я не побежал и даже не стал раскутываться из тряпья, потому что уж больно хорошо в него закуклился и нагрел вокруг себя пространство. Дождик очень уютно накрапывал по крыше, и сон постепенно меня прибрал. Хороший такой, глухой и темный, без всяких дурацких вкраплений.
Но проспал я, похоже, не так уж и много. Во всяком случае, когда проснулся, еще не рассвело.
А проснулся оттого, что совсем рядом профырчала машина. Как она въезжала во двор дачи, я проспал, но в момент остановки мой слух все-таки сработал и дал команду: «Подъем! Тревога!»
Вариантов было два. Первый: приехал хозяин. Столь ранний визит обладателя этих шести соток выглядел странным. День будний, все уже выкопано, чего он тут забыл? Разве только хочет взять отсюда что-то и отвезти на работу… Второй вариант: приехали грабить дачника. Тоже странно. Ничего путевого тут не возьмешь и не обязательно ради этого автомобиль подгонять. Да и можно было пораньше приехать, среди ночи, а не под утро. Рассвет хоть и слабо, но брезжит.
Хлопнули дверцы, судя по всему, две сразу. Глуховато прошуршали по траве и земле шаги. Долетели негромкие голоса, слов разобрать я не мог, но уловил
— разговаривали два мужика.
Я потихоньку раскутался, встал, стараясь не топать и не скрипеть, снял с веревки не просохший пиджак, надел на себя. Полуботинки обувать пока не стал. Они производили много шума, он не остался бы неуслышанным теми, кто находился внизу.
Приехавшие на машине тем временем отпирали входную дверь. Не ломали фомкой, а мирно отпирали ключиком. Внизу в комнате заскрипел пол, шаги протопали гулко. И голоса сразу же стали долетать до меня.
— Проходи, — сказал тот, кто был здесь, видимо, хозяином. — Свет включать не буду, и так не оплачивал с мая. Нечем. Мебель Лариска увезла, зараза. Вон лавка, присядем…
— Да, ложился ты, Родион. Впору, как твой тезка Раскольников, с топором за процентщицами охотиться.
— Да-а, сейчас поохотишься. Процентщиков хоть и валят помаленьку, но не топорами. Самый паршивый пистолет, на семи делах запачканный, — не меньше полтыщи баксов. И потом — это не для меня. Не сумею. Неврастеник-интеллигент. И вообще — неудачник от рождения.
— Брось ты, Родя, не втаптывай себя в грязь. Тебе ж сорока еще нет.
— То-то и оно, что уже почти есть. А ты объявления о приеме на работу видел? Кого фирмачи приглашают? «До 35 лет, в совершенстве владеющих английским языком». И, заметь, никому не нужны инженеры. В лучшем случае — сантехников ищут.
— Наштамповали вас при Советской власти с избытком, это правда.
— Каких с избытком, а каких и нет.
