Абхазский миротворец

Более того — над одной из пар огней вспыхнул третий — раз, другой! Видимо, кто-то — скорее всего, сидящий рядом с водителем, — палил из пистолета. Разумеется, напрасно — на такой дистанции, да еще в темноте из пистолета попасть можно только случайно, а шанс на такую случайность невелик. Сабуров выпустил остаток рожка, целясь примерно туда, где вспышки пистолетного выстрела засек, и метнулся назад, к ангару. Здесь он схватил уже свой собственный автомат. Выждал пару секунд, чтобы дрожь в руках унялась, вскинул оружие и трижды выстрелил одиночными — целясь примерно на полметра выше фар, которые были уже существенно ближе.

Попал ли он, и если да, то куда, посмотреть было некогда — Сабуров тут же отпрыгнул в сторону, перекатился и оказался за теми же бочками, за которыми он труп часового и вырубленного техника спрятал. Но, как ни странно, по тому месту, где он только что был, не стреляли. А фары все погасли — ну, сообразили, наконец, что только выдают себя.

— Скат! — громко крикнул Андрей. Дверь ангара была открыта, значит, был и шанс, что командир услышит. — Долго там еще?

Ответа не было. Видимо, Скат сейчас в дальней части ангара.

Но он же слышит выстрелы!

«Слышит, конечно, — сказал Андрей сам себе. — И что дальше? Он сейчас мне помочь не может, со своим бы делом справиться. Я должен удержаться один. Вот только сколько держаться-то?!»

Тут где-то наверху вспыхнули прожекторы. Целые грозди, каждая ламп из двадцати. Они были направлены на ангар, и Андрей почувствовал себя тараканом на кухне, в которую неожиданно вошел человек и щелкнул выключателем. Сабуров кинулся к двери ангара, мимолетно удивляясь тому, что по нему не стреляют.

Он вкатился внутрь, подался вправо — и тут в то место, где он только что находился, звучно шлепнула пуля.

Одна пуля — видимо, стрелял снайпер. Но почему? Пара автоматных очередей была бы надежнее.

«Бочки у входа! — промелькнуло в голове Сабурова. — Горючее! Да и не только в них наверняка. В ангаре же есть заправщики! Вот они почему очередями не бьют — боятся взрыва!»

— Что там? — раздался сзади голос Ската.

— Куча народу! Тревога на всю базу!

— Еще полторы минуты продержись! Я заканчиваю заправку!

Легко сказать — полторы минуты! За дверью как раз послышался топот, солдаты были уже возле ангара.

Даже если им приказано не стрелять, они все равно того и гляди ворвутся. Ситуация уж слишком серьезная — их главный наверняка знает, что как раз в этом ангаре находятся наиболее боеспособные самолеты грузинской авиации, понимает, что сейчас эти самолеты подвергаются опасности. Значит, в любую секунду может последовать приказ прорываться любой ценой — то есть просто ломиться вперед, невзирая на встречный огонь. Андрей свои силы оценивал трезво — ну, пять-шесть человек он на входе положит.