1
0
Мужчины заслонили собой дорогу, по которой я смогла бы уйти от них, и их поза, расправив плечи и широко расставив ноги, говорила за них.
Попалась. И они явно чего-то хотят, раз окружили меня.
Я осмотрелась, ища взглядом Рама или Каима, но почему-то сейчас, когда они были особенно нужны, их не было.
— Поздно уже, — Туат начал нелепый разговор.
— Я как раз шла к себе.
— Ты каждый раз ложишься спать такой красивой? — Сид сделал уверенный шаг, подойдя вплотную ко мне, — и пахнешь…— прислонившись носом к ключице, он глубоко вдохнул аромат моей кожи, — так маняще…
Голова закружилась от одного только урчания на мое ухо. Что говорить о нежных прикосновениях…"
"— Вот настанет твоя очередь, и узнаешь. Тем более, что ждать осталось всего ничего! — мне показалось неправильным собираться на свидание к одному, а потом таять в объятьях другого, поэтому, я предприняла попытку бежать.
— Зачем ждать? — Туат появился передо мной так резко, что я врезалась в него, и тут же сзади, плотно прижимаясь всем телом ко мне, встал Сид.
Почему-то мне захотелось позвать маму. Но мамы, обычно, не помощницы в таких делах, поэтому, пришлось взывать на помощь здравый смысл, который уже начал покидать меня, но все же что-то тихонько попискивал.
«Только не смотри ему в глаза. Иначе, считай, что пропала.»
Но мягкие ладони жестко захватили мое лицо и заставили поднять глаза.
Все. С этого момента меня не существовало.
Горячие как тысяча солнц руки Сида, стоящего позади, скользнули по животу и остановились, обжигая кожу сквозь ткань платья. Мне хотелось извиваться, танцевать, крутиться, лишь бы эти ладони продолжали жалить своими прикосновениями всю меня. Но я стояла, боясь сделать вдох, пока руки Туата с лица медленно спускались к груди, легонько обводя ее снизу.
Будто случайно, длинные пальцы задели торчащие из-под ткани соски и поднялись выше, туда, где заканчивалась ткань. И в это же время, на пояснице я почувствовала горячее влажное дыхание Сида, от которого все внутри меня скрутилось в тугие спирали. Его умелые ладони уже скользили вверх по ногам, забравшись под юбку.
Я хотела впитывать каждое прикосновение, хотела, чтобы они действовали не одновременно, потому что четыре руки обещали свести меня с ума уже через минуту.
Горячие поцелуи переместились на мою шею, и теперь меня целовали сразу двое, спереди – ласково и трепетно, и сзади – хищно и жадно.
Я плохо понимала, чьи руки стягивают лиф моего платья, обнажая грудь.
Потом, один сминал ее в ладонях, другой легко посасывал соски, торчащие между пальцев. И делали это они так уверенно, так слаженно, не произнося ни слова.
— Тебе хорошо, моя лисичка? — Туат оставил в покое мои горящие пламенем соски и переключился на губы, не давая возможности ответить.
Мне было великолепно.
