Золотой шут

Она напомнила мне кое-кого из знакомых мне охотников на лис. В действительности сама добыча ей была и не так чтобы очень нужна, просто ей нравилось демонстрировать всем, что она может составить конкуренцию самым сильным соперницам и одержать над ними верх. Ее платье показалось мне чересчур открытым, на более молодой женщине оно считалось бы непристойным, а ей очень шло. Леди Армерия словно ненароком касалась рукой то плеча лорда Голдена, то его локтя, и я пару раз заметил, как он брал ее за руку, гладил или тихонько сжимал, а потом осторожно выпускал. Она, наверное, считала, что он оказывает ей знаки внимания, но, на мой взгляд, это выглядело так, будто он стряхивает с рукава пушинки.

Вскоре к компании, окружившей лорда Голдена, присоединился лорд Лалвик, аристократ средних лет, аккуратно одетый, с мягкими манерами и приятным лицом. Он лично представился мне – редкая любезность по отношению к простому слуге. Я улыбнулся и кивком ответил на его приветствие. Пробираясь к лорду Голдену, лорд Лалвик несколько раз налетел на меня, но, когда я принимался извиняться, ласково улыбаясь, говорил, что это только его вина.

Разговор вертелся вокруг ноги лорда Голдена, все были возмущены поведением лекаря и жалели, что лорд Голден не сможет принять участия в танцах.

Здесь леди Армерия обошла своих соперниц. Взяв лорда Голдена за руку, она заявила, что составит ему компанию, пока «вы, крошки, будете танцевать со своими поклонниками». Лорд Лалвик тут же радостно сообщил, что тоже с удовольствием побудет с лордом Голденом, поскольку танцор из него никудышный. Когда лорд Голден заверил его, что в нем говорит ложная скромность и он ни в коем случае не позволит себе лишить дам Оленьего замка столь грациозного партнера, лорд Лалвик одновременно был и разочарован – тем, что его прогнали, – и польщен.

Прежде чем соперничество между дамами достигло опасной точки, менестрель неожиданно прекратил играть. Очевидно, его остановил мальчик-паж, стоявший рядом с ним. Менестрель поднялся и громким голосом, проникшим во все уголки Большого зала и перекрывшим все разговоры, объявил о прибытии королевы Кетриккен Видящей и принца Дьютифула, наследника трона Видящих. По знаку лорда Голдена я предложил ему руку и помог встать.

В зале воцарилась тишина, и все глаза обратились к двери. Те, кто стоял около нее, быстро отступили назад, освобождая проход к помосту.

Королева Кетриккен перешагнула порог зала вместе с принцем Дьютифулом, шедшим по правую руку от нее. Она многому научилась с тех пор, как я в последний раз видел ее входящей в Большой зал. Я оказался совершенно не готов к слезам, выступившим у меня на глазах, и гордой улыбке, грозившей засиять на лице.

Кетриккен была великолепна.