Золотой шут

Я с ужасом размышлял о том, что мой мальчик спит в снегу, но потом одергивал себя, напоминая, что у него должно хватить ума устроить свой ночлег. Королева и Чейд ежедневно встречались с правителями-герцогами и подробно обсуждали возможность союза с Удачным. Меня не приглашали.

Послы Удачного не сидели сложа руки, усердно обхаживая герцогов и герцогинь, всячески проявляя к ним внимание и одаривая чудесными подарками. Королева постоянно устраивала приемы и балы для увеселения гостей замка. Они проходили с переменным успехом. Как ни странно, Аркон Бладблейд и торговцы с Внешних островов охотно общались с представителями Удачного, открыто беседовали с ними о заключении торговых соглашений, основанных на помолвке между принцем Дьютифулом и нарческой.

Однако Эллиана и Пиоттр Блэкуотер, как правило, не присутствовали на балах. В тех редких случаях, когда Эллиана появлялась на людях, она держалась отчужденно и почти все время молчала."

"Нарческа и Пиоттр старательно избегали контактов с купцами из Удачного и не скрывали своей неприязни к Сельдену Вестриту, представлявшему торговцев Дождевых чащоб.

Однажды я видел, как Эллиана отпрянула от него, когда он проходил мимо. Однако мне показалось, что она сделала это неосознанно, поскольку потом неподвижно застыла на своем стуле, лишь на лбу выступили едва заметные капельки пота. Вскоре они с Пиоттром извинились и отказались от посещения кукольного спектакля, сославшись на усталость нарчески. А Пиоттр заявил, что ему необходимо собирать вещи. Не слишком завуалированное напоминание о скором отъезде гостей с Внешних островов. Торговцы Удачного приехали с предложением союза в самый неподходящий момент.

– Если бы они прибыли хотя бы на неделю позже, гости с Внешних островов уже бы уехали. Не сомневаюсь, что нам удалось бы исправить неудачную шутку принца и наладить отношения с нарческой. А теперь к обиде Эллианы прибавились переговоры королевы с послами Удачного. Помолвка поставлена под сомнение, – ворчливо проговорил Чейд однажды вечером, когда мы сидели у него в башне и попивали вино.

У него имелось немало причин быть недовольным. Старлинг пыталась уговорить Чейда передать мне записку.

Конечно, она сделала это так, что никто ничего не заметил, но Чейд возмутился: ей не следовало давать понять, что она знает о связи между ним и мной. Непостижимым образом во всем оказался виноват я. Когда Чейд отказался, Старлинг заявила: «Тогда передайте ему мои извинения. Я поссорилась с мужем и рассчитывала найти утешение в его дружеском участии. Я уже выпила в замке, а потом отправилась в город, чтобы немного добавить. Мне не следовало говорить то, что я сказала».