0
0
Девушка хотела у него спросить, как же так? Как любовью возможно оправдать поступки, которые чуть было не уничтожили ее и сестру: их разорение, его попытка жениться на ней… Драгоценности ее матери… Ненависть, что ощущалась физически…
- Как же так?! – вырвалось у нее. – Разве может любовь… Вот так…
Ранс Тиберин опустил голову.
- Проще всего сказать сейчас, что во всем виновато зелье, - глухо сказал он. – И обвинить во всем Вальпнера. Как я до этого винил Адорно… Но…
Он крутил кольцо, словно хотел оторвать палец. Хелен остановила его, положив ладонь на его руку.
- Успокойтесь, - попросила она. – Я сварю зелье. Мне нужно несколько дней. Оно поддержит вас до тех пор, пока я не найду способ полностью избавить вас от зависимости перстня. Зелье работает таким образом, что просто избавиться от кольца нельзя. Вы погибните.
- Я в любом случае погибну, Хелен.
- Если ничего не предпринимать – да. Но я вам обещаю, что справлюсь. Слишком много времени я провела, изучая подчиняющие зелья.
- Любовь… Страсть… В какой-то момент начинаешь ненавидеть это чувство и в ненависти находишь утешение. Силы жить дальше. Это…неправильно. Я чувствую, что виноват, Хелен. Но я слаб. Слаб и…не достаточно благороден. Я… Я не достоин своего рода. Да…
- Прежде всего необходимо снять заклятие. И только тогда вы узнаете – какие из испытываемых вами чувств - истинные. А потом… Потом вы должны найти в себе силы простить себя! Слышите? Обещайте мне! Ради Лиллиан. Ради нас всех.
Ранс Тиберин вскочил:
- Это же надо?! Маленький, ничтожный человек… Какой-то зельевар! Десяток лет этот мерзавец играл судьбами великих родов королевства! Тиберины! Адорно! Даже Скалигерри! Мы все оказались беззащитны!
- Профессор Вальпнер – не ничтожный, - боль в сердце, поселившаяся в момент, как она поняла, что учитель предал, недовольно шевельнулась в душе. – Он гений. И так жаль…
- Вы думаете, все задумал именно он?
- Боюсь, что так, - Хелен кивнула.
- Но… зачем? Его подкупили, чтобы ввернуть страну в смуту? Он решил сам стать королем – и устроил заговор? А нападение на принца сопредельной страны – какой ему с этого прок? А скачки?! Скачки-то ему чем не угодили?!
- Может, он решил доказать самому себе, что все это возможно? Крутить как ему нравится заносчивыми аристократами, быть вершителем судеб, развернуть ход истории по собственному желанию?
- Запредельное тщеславие?! Все из-за этого?
- Пока мы не поговорим с профессором, мы можем лишь предполагать.
Хелен вздохнула. Все, что происходило с ней в последнее время, казалось нереальным.
Это все – сон. Счастливый сон. Страшный сон.
В дверь постучали, и девушка вздрогнула.
- Нашли! – в кабинет ворвался молодой краснощекий господин.
