8
0— Максимилиан Анатольевич?
— Можно просто Макс, — хрипло проговорил и провел ладонью, которая обжигала похлеще солнечных лучей, от моего плеча вверх, задержавшись на шее. — Как раньше.
Я с замиранием сердца уставилась на него. Как раньше? Разве у нас может быть что-то, как раньше?! Но озвучить свой вопрос я так и не решилась…
Макс вдруг озорно улыбнулся, снял с себя футболку и, подхватив меня, перекинул себе на плечо и понес в воду."
"Не знаю, что с нами сделал Персидский залив, но на какое-то время мы совсем забылись, отпустили все свои обиды. Вода будто исцеляла наши души, затягивала раны на истерзанных сердцах. Мы смеялись и дурачились, как дети, и я не заметила, в какой момент оказалась в горячих объятиях Макса.
Глава 2
Мы стояли по шею в воде, не отрывая глаз друг от друга. Стравинский смело скользнул руками по моей спине, нежно помассировал поясницу, будто вспомнив, что она меня беспокоила, и, спустившись ласками ниже, вдруг резко впечатал мое тело в свое. Я ощущала его жар, который передавался и мне, окутывая будоражащим кровь пламенем.
— Разве пляж не считается общественным местом, — проговорила рвано, лаская губы Макса своим дыханием — на большее я пока не могла отважиться.
— Дьяволенок, ты начинаешь слушаться меня в самый неподходящий момент, — сипло хмыкнул Стравинский, прижимая меня еще сильнее.
— Но… — попыталась возразить я.
— Заплачу штраф, — улыбнулся Макс и нежно прикоснулся своими губами к моим.
Его поцелуй можно было назвать невесомым и даже скромным, если бы не горячие ладони, которые вытворяли с моим телом отнюдь не целомудренные вещи, пользуясь тем, что все скрывалось толщей воды. Эта игра на контрасте была невыносимой. Я теряла рассудок, всхлипывая от уничтожающего меня желания, впиваясь ногтями и царапая мускулистый торс Макса.
Кровь бежала по венам раскаленной лавой, и казалось, вот-вот вокруг нас вода начнет закипать.
— Надо прекратить, — простонала я, прерывая поцелуй и ненавидя себя за это. — Иначе одним штрафом не обойдемся.
Макс прижался своим лбом к моему, провел ладонями по моим бокам, как раз в районе разрезов купальника, стиснув пальцами голую кожу, будто напоследок, — и отпрянул от меня. Лишенная тепла его тела, я тут же ощутила пронизывающий холод, несмотря на палящее солнце.
— Ты права, — хмуро шепнул Макс. — Возвращайся на берег! — рыкнул на меня, а сам поплыл в противоположном направлении.
Нам обоим нужно было привести в порядок свои эмоции, а вместе это сделать невозможно…
Вернулся Макс уже абсолютно спокойным, и только пару царапин на его торсе, под поблескивающими на солнце капельками воды, напоминали, что все случившееся не было сном… Стравинский обвел меня непроницаемым взглядом и сел рядом на песок, скрестив ноги по-турецки.
