2
0Когда я окажусь на ее территории. Надеюсь, девочка не успеет пожаловаться на меня Дамиру. Не успеет попросить о помощи своего старика.
И тогда я хорошенько поговорю с ней.
И не только поговорю.
Мы резко затормозили у дома в конце улицы. Я прищурился: вот, куда ты сбежала от меня, маленькая. Маленький городок, в котором я не должен был искать тебя. Никогда.
Я хлопнул дверью. Навстречу мне тут же вышла старушка. Отважная, строгая. Ненавидящая моего отца, который испортил жизнь ее дочери.
Марина ждала меня. Будто знала, что я должен приехать, чтобы забрать свое.
- Значит, Эмин Шах пожаловал в гости? Или будешь вламываться, как и твой отец?
Голубые глаза посмотрели на меня в упор.
Я сцепил челюсти, от нервов засовывая руки в карманы. Отношения не заладились с порога. Понятно, чего Марина так злила Анархиста – она, как и Диана, была остра на язык.
- Не в гости, - ответил ей тем же, - а за сыном. И я войду в дом, чего бы мне это ни стоило, Марина.
Глава 23
Коля
Я устал.
Два слова, описывающие мою жизнь последние пять лет.
"Пять лет работы на Эмина. Работы на самого дьявола, где нет отдыха. Нет права на ошибку. На предательство – и подавно.
Где ты становишься верным бойцовским псом, готовым охранять своего хозяина.
В этом мире нет отдыха. Выходцы такой жизни впервые сказали ту самую фразу – на том свете отдохнешь. Я, знаете, того света как манны небесной жду, хотя и молод внешне, просто отдохнуть хочется.
С появлением у Эмина собственного бизнеса стало немного проще. Меньше дел в тени, больше благотворительных забегов и встреч с живыми людьми, где не приходится оценивать шансы: выйдешь ты с вечера живым или нет.
За четыре с лишним года стало чуть проще. Хотя бы потому, что лидер развалившейся шайки Анархиста все это время не объявлялся.
А еще потому, что Дианы рядом не было.
Это главный фактор равновесия. Незыблемости. Идеальной иерархии и слаженности в работе.
У Эмина не сносило крышу. А я прекрасно знаю, какого это, когда он перестает видеть границы. В ту ночь я застал Диану на пороге. Помню, как чуть не споткнулся о плачущую девушку. Она взгляда не подняла, но ее содрогания за версту было видно.
Мне было ее жаль. Но я не мог ничего поделать. Не мог коснуться, предложить помощь, поднять с пола – все приравнивалось к самоубийству.
Жена Эмина плакала, а я перешагнул и пошел дальше. Лучшее, что я мог сделать в той ситуации – это не вмешиваться, не подливать масла в огонь. Помочь бы все равно не вышло. Это был крест Дианы. Ей его нести.
Без Дианы было хорошо.
Мы всякое успели сделать. Выросли, заимели многое. А главное – у хозяина крышу не сносило.
