Топ-модель 2. Я хочу развод

Весь день со мной таскается.

Утром Вита оставалась в квартире с няней, пока я ходила на учебу, но занятия отменили, и я освободилась пораньше. Иногда мне кажется, что я многовато на себя взваливаю. Разрываюсь! Хочется и то, и это, и пятое, и десятое! Когда жила в селе, думалось, что ничего и не надо, никакой конкуренции вокруг, все инертно плывут по течению. Город же дарит безумное количество возможностей, но и силы выжимает до капельки. Мне все нравится, у меня все-все получается. И хочется действовать!"

"Потом вижу дочку, ее бездонные черные глаза, и останавливаю себя.

Когда Вита смотрит на меня, она улыбается. Занимаясь чем-то другим, я думаю о том, что лишаю ее этих улыбок. Лишаю нас обеих. Как же трудно поймать баланс! Иногда Порой ощущение, что теперь вся моя жизнь сводится к его поиску.

Семён мирно смотрит на дорогу, в машине играет детская песенка, которая нравится дочке. Я же набираю номер Эли и сообщаю радостную новость:

— Максим не против. Будем вас ждать.

— Ура! Ура! Аня, спасибо!

— Надеюсь, Тимур ест рыбу? Именно ее я планирую готовить.

— Съест. Никуда не денется.

Эля продолжает сыпать восторгами и предложениями, какие закуски привезти на ужин, а я, заметив движение слева, перевожу взгляд на тротуар.

Мы как раз обгоняем тучную женщину в пальто с вычурным мехом, из-под полы торчит желтая юбка в пол, на голове цветастый платок. Мелькает мысль: цыганка? С тех пор как вышла за Макса, всюду их вижу. А может, так работает наш мозг — замечает знакомое и важное?

Время от времени я читаю что-то про цыган, смотрю документальные фильмы. Хочу понять мужа. Хотя бы чуть-чуть больше разобраться в его сложном мире, расположившемся на стыке двух культур.

Действующий муж, фиктивный или и вовсе бывший — неважно. Максим отец Виты, и это навсегда. Наша дочь вырастет и будет задавать вопросы. Я должна быть готовой к этому.

э Машинально провожаю женщину глазами. Именно в тот момент, когда мы равняемся, ее левая нога жутко летит вверх. Поскользнувшись, бедняжка падает всем весом на бок, а у меня внутри все сжимается как от боли — живо представляю себе удар о лед. Это невозможно, но я как будто слышу звук падения. Глухой, тяжелый. Оборачиваюсь быстро, все еще слушая болтовню Эли, и вижу, что цыганка лежит.

Не двигается.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍— Сёма, видел? Давай остановимся.

— Не встает она?

— Нет. Кошмар какой. — И торопливо произношу в трубку: — Эля, прости, отвлекают. До вечера. Жду вас!

Я убираю мобильник в сумку. Семён тем временем уже разворачивается и тормозит в самой ближайшей точке.

— Сейчас, зайчик мой, проверим, как там тетя. И домой. — Целую дочку в лоб.