Завтрашний царь. Том 2

Веснушчатый Подсивер, кажется, переводил дух. Обидчики смутились вконец:

– Ну тебя, тётя Репка. С бабой тягаться – себя ронять…

– А мы чё, а мы враз! Всем миром уроним! – взвился шальной женский крик.

Этого самокровные не снесли, задёргали головами: кто? где?.. Натолкнулись на опасных воинов, звавшихся почему-то калашниками. Те стояли подбоченясь, смотрели невозмутимо. И вид у парней был… ну, такой… точно у Хотёна с Лыкашом перед острожанами. Вы уж, мол, как хотите, а будет по-нашему.

Вспомнив Хотёна, Гойчин двинул плечом, отчего под рубахой ёрзнул мягкий мешочек.

Воришка

Ирша первый вспомнил орудье, потянул друга прочь:

– У нас в Нетребкином острожке всемеро красных слов против здешнего знают!

Быть может, нужный им человек стоял прямо рядом.

Так почему упорно кажется – не найдётся, пока всё купилище не обойдёшь?

Репка одёргивала рукава, широко улыбалась, готовая вновь хвалить свои калачи. В загородку выводили свежую пару быков, ярых, косматых, гневно мотающих рогатыми головами. Воронята замедлили шаг у высоких качелей, разукрашенных лапником. Парни катали нарядных девчонок, те взлетали в самый туман, повизгивали.

Их, не помнивших солнца, мамки стращали Серой Рукой, готовой протянуться из пелены, уволочь беспечное чадо.

– Цыплю покатать бы, – вздохнул Ирша.

– Цыпля, поди, не то что эти визгухи. – Гойчин тоже вспомнил названую сестрёнку. – На Серую Руку у ней палка припасена!

– Сгодится новых ложек стращать, – оживился Ирша. И потянул носом. – Калачика, что ли, купить? Изведаем, такие ли у нас пекут, в Нетребкином острожке.

Дядя Ворон упреждал о лакомствах на торгу. Сказывал, усмехаясь, про молоденького орудника и коварный блин со сметаной.

Дикомытский калач с его простым складом казался безопасным.

Впереди вновь запели струны и голоса.

Гудебные дружины сошлись за шатрами красного ряда, за балаганами гончаров. Народ стекался торопливыми ручейками. Одну ватагу воронята уже встречали, там правил русоволосый гусляр Небышек. Вторая была совсем незнакомая. И меж ними не ощущалось тёплого дружества, когда возможны лишь весёлые любки… да и те норовят в совместный пляс перетечь.

– Задерутся, – предрёк Ирша.

– Смотри, – шепнул Гойчин. Еле слышно, как привыкли в засадах.

Ирша посмотрел.

В раздвинувшейся толпе стоял «их» купец, гнездарь Нечай. Как все, радовался дармовой потехе. Рядом торчали опасные молодцы из обоза. Достаточные гнездари в Торожихе по одному не гуляли, мало ли, всё же дикомыты кругом. Двое верзил, как и хозяин, лупили глаза на хищно кружившиеся ватаги, на яростно бряцающих гусляров…

…И никто из троих не видел ловкой руки в заплатанном рукаве, худых пальцев, коснувшихся Нечаевой мошны под полой распахнутой шубы… На всём торгу одним воронятам хватило выучки что-то приметить.