6
0
«Не пришлось бы нового райцу для Эрелиса обучать… – посетила Ознобишу внезапная мысль, грустная, отстранённая, здравая. – Нет, я не оскверню большой день слабостью. Я выдержу. Я смогу…»
Эрелис вошёл в чертог решительной походкой, как надлежало хозяину. Шегардайский венец горел серебром в его волосах. Сестры с царевичем уже не было. Сокровище Андархайны провели малым крыльцом и далее в терем, ибо что толку хрупкой деве в беседах властных вельмож? Эрелис ещё заведёт здесь собственные порядки, но пока пусть всё будет по замышлению горожан. Чертог быстро наполнялся.
Эрелис нашёл взглядом Ознобишу и даже не кивнул ему, лишь быстро мигнул.
– …Просят, государь, – говорил Невлин, весь в заботах. – Челом бьют… славную казнь… по обычаю, при начале правления…
Возле царского кресла уже выстроились почётные рынды, лучшие, доверенные черёдники, сменившие синие кафтаны на белые с золотыми узорами.
В двух саженях от подвыси пролегла незримая черта. Боярам, святым людям, старейшинам дальше не было ходу. Эрелис, гордый и прямой, в одиночестве шагнул за предел. Взбежал по ступенькам к престолу. Повесил плеть, вьющуюся золотым шёлком.
Обернулся, бледный от напряжения, только скулы горели да русые волосы в свете чистых жирников слегка золотились. Было тихо.
– На четыре ветра тебе, Господин Шегардай! – произнёс царевич ясно и звонко.
Он мог не кланяться, но склонил голову – кратко, по-воински. И сел, кладя руку на плеть.
Чертог ответил большим обычаем. В самый пол коленями и лбами, приветствуя возвращение власти.
Кутовая Ворга
Что ж четвёртая струна?За Светынь летит она.И куда же, угадай?Прямо в стольный Шегардай.Там мостов не перечесть,Там хранят былую честь,Там над воргами стенаИз каменьев сложена…Дорога зримо менялась."
"Пропала необходимость тропить. Под ногами, копытами, полозьями лежал крепкий череп, присыпанный свежим снежком.
– Бобры погрызли, – смеялись старые возчики, а молодые расспрашивали, что это значит.
У одного павшего столпа походников дожидался водырь.
