6
0Отец, потерявший за окоёмами единственное дитя… Светел неволей почувствовал, как опускаются руки, и зарычал:
– Вам, мораничам, всюду воля да перст! Не изрок всевышний девке предстал, а дурная доля Шарапова! Когда парень умён, он ей, доле, холку намнёт и к делу приставит! Ты же не ротозею дочку доверил?
Кербога молчал. Смотрел под ноги. Светел перевёл дух:
– Ты мне расскажи лучше, дядя, про этого… ну… кровного байстрюка, что в Глызине правил.
Скоморох помолчал, выдохнул, ответил медлительно:
– Эдарг не хвалил его, приезжая сюда. Он говорил, Аргро по своим задаткам мог составить славу отца…
– А по делам?
– Ждать ли мирных дел от того, кто гнушается промыслом и торговлей? Вот бы, мечтал Аргро, хасины снова пришли, уж тут я с дружиной…
– Оно и видано, – пробурчал Светел.
"Лаука прошла назад в скоморошню, метя по полу охвостьем войлочного плаща. Она зябла и спешила, но всё-таки ужалила:
– Много смыслят подъёлочники…
Светел мстительно ввернул:
– А ещё Арела умеет лица читать!
Старый Гудим, правивший метательные топорики, оглянулся, показал им раскрытые ладони.
– И руки читать, – скупо улыбнулся Кербога.
– Это ты, дядя, поди, её научил?
Ляпнул, спохватился… поздно! – западня провалилась. Скоморох решил отвлечься от горестных мыслей:
– Дай твои прочту, а ты суди, ошибусь ли.
Светел неловко попробовал отпереться:
– Я ж отбоиш. Давно не таков, каким отец с матерью замышляли.
– Вот это я и скажу.
Светел вспомнил царское клеймо, ругань Сеггара, на миг заметался… вдруг исполнился спокойной, весёлой бесшабашности – и стянул рукавицы. «Ты, дядя, нашего родича Эдарга точно ближника поминаешь… ну-ка, угадаешь меня?»
Гудим принёс жирник, любопытно склонился вместе с Кербогой.
Кербога вглядывался, сравнивал, хотел уже говорить. Гудим на что-то указал пальцем, жрецы переглянулись, кивнули, снова стали смотреть.
– Ну? – спросил Светел. – Я бы рукавицы надел.
Кербога вскинул глаза:
– Ты левша ведь, ребятище?
«Верно атя говорил: в кобение не давайся…»
– Не сказать левша… Оборук возрастал.
Оставалось надеяться, что Лаука не слышала из болочка.
– На шуей руке, – начал Кербога, – всяк несёт дарованное от Богов. На десной – взятое дерзновением и трудом. Ты ободеснорук, это правда, но уродился левшой. Оттого путевник у тебя справа, сам же путь – слева.
