6
0Они уже и меня с Ардаровой внучкой окручивали, не чаял отбиться!
– С которой?
– А не знаю даже. Их много.
Ознобиша задумался. Что ответить государю? Что царевны андархов во все времена с достоинством принимали свой жребий?.. Выслушав новость, Эльбиз не ударилась в слёзы. Даже ничего не сказала. Только в глазах что-то словно погасло, взгляд опустел.
И ведь не первый год знали: её однажды сосватают. И отзвучат вечерние невестины плачи. Провоются, как говорили на родине Ознобиши. Склоняйся, вольная головушка, перед новым ближником брата! Мил не мил, вздевай свадебные рубахи, косу надвое расплетай!
Знали – будет.
А оно вот так и бывает. Сразу. Врасплох.
– Она сестра старшая, – горестно выдавил Эрелис. – Защитницей была мне… радостей девичьих не знала… а я?! Чем ей отплачу?
«Вот как больно рвать по живому, когда брат с сестрой одним сердцем живут, одну думу думают!» Вслух Ознобиша сказал:
– Ты умеешь являть непреклонную волю, сын смелого Эдарга.
– Я? – горько усмехнулся Эрелис.
– Да, государь. И тебе уже многое удалось. Ты востребовал из дружины бабушку Орепею.
Ознобиша обещал Эрелису выход из тупика. И выход был, райца чувствовал это, но покамест вслепую обшаривал неприступную стену. Говорил сам, заставлял говорить царевича. Вот сейчас пахнёт ветер с Кияна, и будет сказано слово. Упадёт капелькой, побежит ручейком…
– То-то и оно, что без малого, – зло бросил Эрелис. – Вчера обещали даровать попечение, завтра отнимут. Ещё благодарить велят, что избавили от заботы.
«А ведь так всё и будет. Если владыка прикажет…»
– Негоже отчаиваться, государь. Под тобой гибельная стремнина, но сильный пловец знает, как справиться с водоворотом.
По капельникам текла влага. Срывалась и звонко, будто весной, расшибалась о выступы в саженях внизу.
Ознобиша вдруг забыл, как дышать, слепые пальцы что-то нашарили, незримо скользнули в извилистую нору. Узкую, тёмную, пока не очень понятную.
Он медленно выговорил:
– Прости моё дерзновение, государь… помнишь отрока? Молодого порядчика, что весть нам домчал? Я потом говорил с ним.
Он пробирался впотьмах, надеясь на свет впереди.
– И ты думаешь…
– Да. Твои венценосные братья использовали случай проверить, как ты себя поведёшь.
– И верного боярина наглой смертью сгубили! Неужто оно того стоило?
«Ради судьбы державы, может, и стоило…»
– Они узрели, что словом и делом ты истый сын Андархайны, мой государь.
