Немцы тратили снаряды, уничтожая пустые военные городки и лагеря, а подразделения Красной Армии уже сидели в траншеях и окопах. То же самое касается и пограничников, покинувших заставы и занявших огневые позиции вдоль границы.
Ещё с вечера красноармейцам было выдано оружие и боеприпасы, поэтому к моменту начала вторжения они не метались по расположениям в поиске того и другое. Генерал армии Павлов за сутки до передачи дел ему, Жукову, развил бешеную деятельность, пытаясь наверстать упущенное для реализации директив Генерального Штаба время.
Удалось отвести от границы большинство невооружённых строительных подразделений, занятых возведением Укрепрайонов. Их частично грузят на поезда и отправляют на восток, а частично вооружают и пополняют людьми строевые части. По крайней мере, часть этих людей удалось спасти от немецкого плена.
Конечно, тонкую полоску пограничных застав и передовых дивизий немцы смяли очень быстро.
Части 10-й армии сдерживают германское наступление западнее и севернее Белостока. Подразделения 3-й армии — в 20–30 километрах северо-западнее Гродно. Хотя ближе к вечеру доложили об очень неприятных фактах переправы через Неман частей двух немецких пехотных дивизий. Предположительно 161-й, в районе населённого пункта Друскеники и предположительно 28-й севернее населённого пункта Гожа.
Формально и мост в Меркине, и переправа в Друскениках относятся к зоне ответственности Северо-Западного фронта. Но маршал Огарков, когда обсуждался план отправки в этот район полка, пояснил, что германские силы, сконцентрированные на южном фланге Сувалкинского выступа, предназначены для нанесения удара по северу Белоруссии с конечным выходом в район Минска.









