Запад-81 (СИ)

— Товарищ министр обороны, нам не удалось связаться с радиоцентрами министерства обороны, генерального штаба и Белорусского военного округа. На связь вышли лишь отдельные радиостанции, принадлежащие войскам, прибывшим для участия в учениях. Это 120-я гвардейская мотострелковая дивизия и входящие в неё полки, 350-й и 357-й гвардейские десантные полки, 297-й гвардейский мотострелковый полк, аэродромы в Боровцах и Боровухе, Журжево, куда, как вы знаете, помимо транспортной авиации, перелетел ещё и 927-й истребительный авиаполк, несколько человек из штаба авиаполка в Быхове и аэродром Мачулищи.

Причём, из Быхов сообщают о том, что у них вообще не осталось самолётов: все исчезни вместе со стоянками.

— Как так исчезли? Стратегические бомбардировщики — и вдруг исчезли?

— Товарищ маршал Советского Союза, я докладываю то, что содержится в радиограмме из Быхова. Разрешите продолжать?

Сдержанный кивок министра.

— Отозвался также ряд артиллерийских, ракетных, зенитных и других вспомогательных подразделений различных частей и соединений. С остальными участниками учений продолжаем пытаться установить связь, но пока безуспешно.

Все, вышедшие на связь, подтверждают странную потерю сознания у личного состава, находящегося на постах либо боевом дежурстве. Некоторые неохотно подтверждают этот факт. Все части, столкнувшиеся с данным явлением, подняты по тревоге и переведены в полную боевую готовность.

Ясно. Значит, это никакое не применение неизвестного оружия против начальствующего состава запланированных на… уже сегодня учений. А «явление» повсеместное.

— И ещё, товарищ маршал Советского Союза.

Полностью отсутствует радиорелейная связь и сигналы со спутников. Не только с наших, но и с американских. Локационные станции не фиксируют ни единого самолёта в воздушном пространстве. Даже гражданских самолётов в небе нет.

Время шло, на улице неожиданно рано для сентября светало, а связи ни с Москвой, ни с Минском не было. Никакой. Из хороших новостей — только ещё несколько отозвавшихся отдельных небольших подразделений. Ну, и ещё пришедшие в себя Николай Васильевич Огарков и Пётр Иванович Ивашутин. На удивление, оба такие же бодрые, как и сам Дмитрий Фёдорович.

А вот с прочими многозвёздными генералами и маршалами, прибывшими вчера из Москвы, Минска и других городов — беда!

— Что скажете по поводу случившегося, товарищи?

— Что-то невообразимое, — покачал головой Николай Васильевич."

"— Как только рассветёт, надо поднять в воздух самолёты-разведчики. На Минск и другие крупные белорусские города, на Москву, на окрестности полигона, на Ригу и Киев. Может, им удастся связаться с командованием округов.