1
0Навстречу идут санитарные поезда, эшелоны с эвакуируемым оборудованием, беженцами и повреждённой в боях техникой. Последние видели всего дважды, да и то по несколько платформ в составе эшелона с оборудованием. Но ведь вывозят на ремонт или переплавку, а не бросают!
Немцев задержали неплохо, если учесть, что 28 июня фашисты уже были за Минском. По сведениям разведки, 39-й моторизованный корпус немцев полтора дня простоял в Вильнюсе, ремонтируя повреждённую технику и подтягивая тылы. Значит, есть время исправить недоработки, допущенные Свешниковым.
«Под Молодечно» — это только сказано.
Встретили меня в батальоне настороженно: чужой, заменил боевого командира, снятого неизвестно за что. Но орден Красной Звезды на гимнастёрке быстро снял напряжение. Тем более, многие экипажи сталкивались со мной при получении техники на Дретуньском полигоне. Не понравилось людям только то, что я сходу взялся их гонять, заставляя копать запасные позиции и маскировать самоходки.
Пришлось и убеждать командира Самаро-Ульяновской дивизии в том, что мы — его палочка-выручалочка при появлении немецких танков, а не штатное подразделение дивизии, которое он по своему хотению может послать в атаку.
— Нечем нам фрицев атаковать. У большинства моих машин пулемёты только для стрельбы по самолётам.
— Кого атаковать? — не понял генерал-майор Галицкий. — И почему только по самолётам?
— Ну, немецко-фашистских оккупантов, — пояснил я. — У них имя Фриц — одно из наиболее распространённых. Да и говорить так короче. А про пулемёты… Они же никакой бронёй не прикрыты. Того, кто вылезет из боевой рубки пострелять по немецкой пехоте, тут же пулями изрешетят.
— Твой предшественник, капитан, совсем другое говорил.
— За эти глупости его и сняли, пока не успел технику загубить.
— А ты не загубишь?
— Я, товарищ генерал, в отличие от предшественника, хорошо знаком с тактикой самоходных артустановок. Их амплуа — стрельба по бронетехнике.
