2
0
— Возможно, это какая-то новая форма пространственной магии… Вы ведь сами говорили, что, кажется, он понимает больше наших Статс-магов? — предположил он. — Или, может быть, это комбинация нескольких истинных слов?
— Нет, это было одно слово, — уверенно покачал головой принц. — Что-то… фундаментальное.
Андрей Алексеевич внезапно замолчал, его взгляд стал отстраненным, словно он погрузился в глубокие размышления. Воронцов и Шрамов терпеливо ждали, зная, что когда третий принц входит в такое состояние, лучше его не тревожить.
Спустя несколько долгих мгновений Воронцов осторожно произнес:
— Ваше Высочество, возможно, нам стоит обсудить ранг для молодого Темникова? Учитывая его выдающиеся способности, я полагаю, шестой ранг был бы…
Андрей Алексеевич резко вышел из задумчивости, его глаза вновь заблестели.
— Шестой ранг? — переспросил он, словно не веря своим ушам. — Господа, вы шутите? Разве вы не заметили, насколько необычайно талантлив этот юноша?
— Но, Ваше Высочество, — нахмурился Шрамов, — шестой ранг уже является исключительным для первичного определения…
Принц нетерпеливо махнул рукой, прерывая прокурора.
— Вы не поняли! Разве вы не обратили внимания, как он формулировал свои заклинания? Максим Николаевич использовал лишь одно слово, отдавая приказ самой реальности! В то время как Левински применял полные формулы с указанием кругов.
Воронцов и Шрамов обменялись взглядами. Это, действительно, было так, и подобное — редкость для мага. Одним словом пользовались либо беспрецедентные абсолюты в мире магии, имеющие платиновую бирку, либо же… те, кто обладают невероятным пониманием законов мироздания. Но подобное случалось слишком редко, чтобы вывести какую-то закономерность.
Тут даже изучение философских трудов или научных работ не всем помогает понять истинную природу мира. Но все же время от времени появлялись маги, способные проникнуть своим разумом за границы возможностей остальных. Именно они становились двигателями магической науки.
— Вы правы, Ваше Высочество, — медленно произнес Воронцов. — Это, действительно, может стать отличием.
— Именно! — третий принц энергично закивал. — Мы не можем ставить их на одну ступень. Поэтому у нас есть два варианта: либо мы утверждаем Темникову седьмой ранг, либо даем ему шестой, но Левински остается на пятом. Поймите, между ними огромная разница.
Воронцов и Шрамов погрузились в размышления. Наконец, Шрамов нарушил молчание.
— Полагаю, седьмой ранг будет справедливым решением. Хотя должен отметить, это будет первый случай в истории бюро, когда маг получает седьмой ранг при первичном определении. Да еще и в таком возрасте!
— Да, это беспрецедентно, — кивнул Воронцов, соглашаясь со своим подчиненным.
