23
0В итоге мои действия все же дали результат: экипаж притормозил, и с козел раздалось гневное:
– Я тебе не советую трепыхаться, птичка! Хуже только будет!
– Куда хуже! – промычала я себе под нос сквозь неплотно примотанный кляп, нимало не заботясь о том, что Георг меня не слышит, и снова принялась ломиться в запертую дверь.
Не знаю, какой по счету удар наконец выбил небольшое стеклянное окошечко в двери, и я, радостно пыхтя, принялась менять позу. Все же передвигаться, словно гусеница, было очень неудобно. В итоге, пока я возилась, карета остановилась, и дверь открылась сама.
– Вот зачем ты вынуждаешь меня применять силу? – устало спросил Георг.
«Нет-нет! Никаких зелий!» – возмутилась я про себя и со всего размаха разогнула согнутые в коленях ноги, метя противнику в грудь. Удар заставил Георга пошатнуться, и мешочек, который он сжимал в руках, дрогнул, а облако едва заметной серебряной пыли заклубилось в воздухе. Я постаралась не дышать, уткнув нос в плечо, Георг последовал моему примеру и закрыл рукой нос и рот.
Я вскрикнула, ударившись локтем о край лавки, дернулась сильнее, пытаясь пнуть снова, но поняла, что справиться со здоровым мужиком не смогу. Поэтому замотала головой, стараясь спрятать лицо. При этом извивалась и пыталась перевернуться, чтобы уткнуться носом в лавку. Знала, если он посыплет на меня пыль, я снова погружусь в беспамятство и окажусь в компании Испепеляющего. И самое главное, уже совершенно точно не смогу оказать никакого сопротивления.
"Правда, силы заканчивались быстро. Да и пространства для маневра было не так много. По сути, я только дергалась на лавочке, усложняя Георгу задачу, и все. Но понимала, что бесконечно сопротивляться не смогу. Я уже начала уставать.
Помощь пришла неожиданно. Непонятно откуда, по всей вероятности, с крыши кареты, Георгу на голову с диким мявом спикировал огромный рыжий кот. Он вцепился лапами в лицо моему похитителю, взмахнул хвостом, рассыпая пыль, которая окутала облаком и Георга, и меня, и самого кота.
Уплывающее сознание заметило, как, отчаянно цепляясь лапами, сползает с головы Георга толстая кошачья тушка, а сам лесник медленно оседает у кареты. Я успела пожалеть, что не могу подхватить Пушистика на ручки, и тоже отключилась. Похоже, сейчас все зависело от того, кто проснется первым. Я или Георг.
Именно с этой мыслью я и очутилась в уже знакомом пугающем мире Испепеляющих.
