1
0
Алёна фыркнула — думают, что она совсем дура и снова перепутает? Ну и пусть, ей от этого ни жарко, ни холодно!
Дети заснули, но она не ложилась, поджидая их отца, собираясь устроить тому незабываемую встречу. Чтоб до звёздочек, чтоб голос сорвать! Чёрт, с голосом она погорячилась, не самое подходящее место — дети за стеной и полный штат прислуги в соседнем крыле…
Но расслабить мужика она постарается, а сама уж как-нибудь в другой раз.
И постаралась — Сашик не только позволил съездить назавтра в Москву, но вдобавок выдал ей карточку и машину с водителем! Правда, напомнил о необходимости купить несколько пар простого белья, конспиратор хренов. Ладно, его деньги, хочет тратить их на никому не нужные тряпки — она купит. Но пусть не жалуется, если в целомудренных хлопковых труселях она будет выглядеть не настолько сексуально, как он привык!
Утром она встала в семь. Без напоминания церберши Валентины разбудила детей и приготовилась к капризам и нытью. Но — вот же чудо! — стоило ей подтвердить Лизе, что кот у неё будет уже к вечеру, как девочка принялась помогать няне с братом. В результате обошлось без рёва и проволочек — к моменту, когда дневная няня принесла завтрак, оба дитёнка, умытые, одетые и причёсанные, смирно сидели за столом, а Алёна заканчивала заправлять их постели.
— Вы уже на месте! — восхитилась Татьяна, придирчиво оглядев подопечных. — Зубки почистили?
Брат с сестрой кивнули, следя, как она расставляет на столе тарелки с завтраком.
- Не бу-уду! — затянул было Артём, увидев, что сегодня за завтрак. — Дай огурт!
— Вкусно! — Лиза покосилась на ночную няню, схватила ложку и принялась наворачивать из своей тарелки.
Тёма завис.
— Тёмочка, кушай запеканку, — Алёна подошла к детям и погладила мальчика по голове. — Смотри, как Лизе вкусно!
— Корми, — ребёнок толкнул Алёнину руку и открыл рот.
— Чего это он? — женщина обернулась на Татьяну. — Болит что-то?
— Нет, хочет, чтобы его покормили с ложки.
— Я? Но моя смена уже закончилась, потом, мне нужно в Москву, — возмущённая Алёна Викторовна повернулась, собираясь уходить, и Артём разразился сердитым рёвом.
— Корми! А-а-а! Аёна!
— Алёна Викторовна, — окликнула уходящую Татьяна. — Поверьте, лучше прислушаться. Задержитесь на десять минут, потом будете свободны.
— Вот ещё!
— Когда Александр Александрович узнает, что вы довели его сына до истерики, не думаю, что ему это понравится. Десять минут, и проблема решена!
Да блин!
Алёна перевела взгляд с испуганно замершей Лизы на красного от натуги, орущего Артёма, потом — на невозмутимо протягивающую ей ложку Татьяну.
Хотелось уйти, как следует хлопнув дверью, но слова о хозяине отрезвили. Кто знает, как няня преподнесёт случившееся? Возьмёт и наврёт, а ей потом оправдывайся.
