Я бы хотел услышать ваше мнение — как смотрят в семье на эту историю с Мартиной?
Люси отозвалась с готовностью:
— Все возмущены, что Эмма обращалась к вам по этому поводу и что доктор Куимпер ее в этом поддержал. Гарольд и Альфред считают, что все это обман, а письмо — фальшивка. У Эммы нет такой уверенности. Седрик тоже думает, что дело нечисто, но относится к этому менее серьезно, чем его братья. Брайен, напротив, убежден, что все это правда.
— Почему, интересно?
— Ну, Брайен вообще такой. Готов все принимать на веру. Считает, что писала действительно жена, вернее, вдова Эдмунда и что ей неожиданно пришлось вернуться во Францию, но рано или поздно она снова даст о себе знать.
— И что, голубчик, выводите? — спросила мисс Марпл. — К свинарнику, например?
Люси бросила на нее быстрый взгляд.
— Так много кавалеров в доме, — размышляла вслух мисс Марпл. — То приезжают, то уезжают…
В устах мисс Марпл слово «кавалер» обретало всегда истинно викторианское звучание, как отголосок эпохи, минувшей, в сущности, еще до нее.
— Вы очень привлекательная особа, — продолжала в том же духе мисс Марпл, устремив на Люси оценивающий взгляд. — И, вероятно, пользуетесь большим вниманием с их стороны, не так ли?
Люси слегка зарумянилась. Отрывочные воспоминания пронеслись у нее в голове.
— Кавалеры, — продолжала мисс Марпл тоном, каким говорят о представителях чуждой и опасной породы, кое в чем ведут себя очень похоже, даже достигнув весьма почтенного возраста…
— Душенька! — вскричала Люси. — Сто лет назад вас непременно сожгли бы на костре, как колдунью!
И она рассказала, как ей условно сделал предложение мистер Кракенторп-старший.
"— Правду сказать, все они так или иначе делали мне, что называется, авансы. Гарольд — очень корректно, выгодное в материальном отношении место в Сити. Сомневаюсь, что причиной тому мои чары — верно, думают, будто я что-то знаю.
Она засмеялась.
Не засмеялся инспектор Краддок.
— Будьте осторожны, — сказал он, — вместо того чтобы делать авансы, вас могут убить.
— А что, это может оказаться проще, — согласилась Люси.
Она зябко повела плечами.
— Невольно забываешься, — сказала она.









